Эрагон. Книги 1-4

Эрагон сорвал с ног ремни, спрыгнул на землю и бе­гом бросился к Арье, не обращая внимания на то, что меч в ножнах больно колотит его по ноге. Арья тоже бросилась к нему, и они встретились на равном расстоянии от обо­их драконов, которые последовали за ними куда более раз­меренной поступью, тяжело ступая по земле огромными лапами.

Подбежав ближе, Эрагон увидел, что вместо кожаной тесемки, которой Арья обычно стягивала падавшие на лицо волосы, на лбу у нее красуется тонкий золотой обруч. В центре обруча светился бриллиант в форме слезы. Каза­лось, что свет исходит как бы изнутри этого камня. На по­ясе у Арьи висел меч с зеленой рукоятью в зеленых ножнах. Это был меч Тамерлин, тот самый, который эльфийский лорд Фиолр некогда предлагал ему взамен Зарока. Этот меч раньше принадлежал одной Всаднице, эльфийке Арве. Но сейчас рукоять выглядела несколько иначе, чем помни­лось Эрагону — легче и изящней, да и ножны показались ему более узкими.

Эрагон не сразу понял, что означает диадема у Арьи на лбу. Изумленно глядя на нее, он выпалил:

— Такты…

— Я, — сказала она и склонила голову. — Атра эстерни оно тхелдуин, Эрагон.

— Атра дю эваринья оно варда, Арья… дрёттнинг? — Впрочем, от его внимания не ускользнуло то, что она предпочла поздороваться с ним первой, а это у эльфов означало только одно.

— Дрёттнинг, — подтвердила она. — Мой народ решил передать мне титул моей матери, и я приняла его."

"У них над головами Сапфира и зеленый дракон, при­близив друг к другу морды, обнюхивали друг друга. Сапфи­ра была выше, зеленому дракону приходилось вытягивать шею, чтобы до нее достать.

Хотя Эрагону больше всего на свете хотелось погово­рить с Арьей, он все же не мог оторвать глаз от зеленого дракона.

— А это кто? — спросил он.

Арья улыбнулась, а потом и вовсе его удивила: взяла за руку и подвела к зеленому дракону. Тот фыркнул и склонил голову так, что она оказалась ровно над ними, в недрах его алых ноздрей клубился дым.

— Эрагон, — сказала Арья, касаясь рукой теплой морды дракона, — это Фирнен. Фирнен, это Эрагон.

Эрагон, подняв голову, посмотрел в один из сверкаю­щих глаз Фирнена, радужка была бледно-зеленой и чуть желтоватой, как молодая трава.

«Я рад, что могу наконец познакомиться с тобой, Эра­гон, наш друг и Губитель Шейдов, — сказал Фирнен. Голос у него оказался более глубоким и звучным, чем ожидал Эра­гон, даже более звучным, пожалуй, чем голос Торна, или Глаэдра. — Моя Всадница много рассказывала мне о тебе».

И Фирнен один раз моргнул с негромким резким зву­ком, точно раковина ударилась о камень.

В широкой, залитой солнцем душе Фирнена даже тени казались прозрачными, и там царило сильнейшее возбуж­дение, даже восторг.