Эрагон. Книги 1-4

Сапфире пришлось сесть на задние лапы, чтобы передними обхватить коня поперёк туловища. Эрагон, заметив, какими огромными у неё стали когти, заботливо поправил на Торнаке седло и попону, чтобы прикрыть ему брюхо — на всякий случай. Потом он махнул драконихе рукой, и Торнак испуганно всхрапнул, пытаясь вырваться, но Сапфира держала крепко. Конь бешено вращал глазами с расширившимися от ужаса зрачками. Эрагон попытался мысленно его успокоить, но охватившая коня паника мешала ему воспринимать чьи-то увещевания. Не обращая внимания на вырывающегося коня, Сапфира высоко подпрыгнула, оттолкнувшись мощными задними ногами — только камни во все стороны полетели, — и крылья её мучительно напряглись: ноша все-таки была для неё тяжеловата.

В какое-то мгновение Эрагону даже показалось, что она упадёт на землю, но она все же взлетела, Торнак пронзительно закричал и забил копытами — звук был такой, словно металлом скребли по металлу.

Эрагон выругался, опасаясь, что кто-нибудь может услышать эти звуки и конское ржание.

«Ох, Сапфира, пожалуйста, поторопись!» — попросил он её, прислушиваясь и уже ожидая появления воинов с факелами.

И действительно: вдали он разглядел цепочку всадников, спускавшихся с холма.

Как только Сапфира вернулась, он тотчас же подвёл к ней Сноуфайра."

"«Эта глупая лошадь, что принадлежит Муртагу, все ещё бьётся в истерике! — презрительно сообщила ему Сапфира. — Ему даже пришлось её привязать!» Ловко схватив Сноуфайра, она потащила его через реку, не обращая ни малейшего внимания на громкие протесты жеребца.

Эрагон посмотрел ей вслед и вдруг почувствовал себя ужасно одиноким в этой непроглядной ночи.

Наконец Сапфира вернулась. Ещё мгновение — и они оказались на том берегу. Как только лошади немного успокоились, они поправили седла и снова помчались, держа путь к далёким Беорским горам. Вокруг уже вовсю распевали птицы, готовясь к встрече нового дня.

Эрагон умудрился даже немного задремать в седле. Впрочем, и Муртаг то и дело клевал носом, почти выпустив из рук поводья, и только бдительность Сапфиры не давала им сбиться с курса.

Вскоре земля стала мягкой, копыта лошадей утопали в ней, и пришлось остановиться.

Солнце было в зените. Река Рамр осталась далеко позади — тонкая извилистая линия, сверкающая в солнечных лучах.

Они достигли границ пустыни Хадарак.

ПУСТЫНЯ ХАДАРАК

Дюны тянулись до самого горизонта, точно морские волны. Порывистый ветер взметал в воздух золотисто-красные песчинки. Редкие корявые деревца торчали из пересохшей растрескавшейся земли, вряд ли хоть сколько-нибудь пригодной для земледелия. Вдали виднелась цепочка красноватых скал.