Эрагон. Книги 1-4

Лужи вокруг точно ожили — крупные дождевые капли прыгали в них, точно кузнечики.

Роран проголодался. Попросив Ларне, младшего сына Лоринга, сменить его, он пошёл перекусить, осторожно перебегая от одного дома к другому и прячась за углами и навесами. Вдруг он с удивлением заметил на крыльце дома Олбриха, который яростно спорил с группой односельчан.

— … Если ты не слепой! — кричал Ридли. — Прятался бы за тополями, вот они тебя и не заметили бы! А то сам пошёл черт знает где, вот так и получилось!

— А ты бы взял да сам попробовал! — огрызнулся Олбрих.

— И попробую!

— Вот тогда и скажешь, как тебе стрелы на вкус понравились.

— Ничего, — поддержал Ридли Тзйн, — может, мы окажемся не такими косолапыми, как ты.

Олбрих повернулся к нему, оскалив зубы:

— Сам ты косолапый! И слова у тебя такие же неуклюжие, как мозги! Я не дурак, чтоб своей семьёй понапрасну рисковать и прятаться за какими-то жалкими тополями.

Тэйн побагровел от гнева и выпучил глаза.

— Ну что? — поддразнил его Олбрих. — Никак язык проглотил?

Тэйн взревел и попытался ударить Олбриха кулаком в лицо, но тот перехватил его руку и рассмеялся:

— У тебя и рука-то слабая, как у женщины.

 — И сильно толкнул Тэйна в плечо.

Тэйн пошатнулся, упал да так и остался лежать в грязи с недоуменным выражением на лице.

Опираясь о копьё, Роран одним прыжком взлетел на крыльцо и встал рядом с Олбрихом, не давая Ридли и его сторонникам наброситься на него.

— Все, хватит! — свирепо прорычал Роран. — Вы что, спятили? У нас и так врагов хватает. Если хотите, можно собрать людей — пусть решат, кто прав, Олбрих или Тэйн. Но друг с другом драться мы просто не можем себе позволить!

— Тебе хорошо говорить, — сплюнул Ридли.

 — У тебя ни жены, ни детей. — Он помог Тэйну подняться, и вся честная компания неторопливо пошла прочь.

Роран в упор посмотрел на Олбриха, физиономию которого уже украшал здоровенный лиловатый синяк, расплывшийся под правым глазом.

— С чего все началось?

— Да я… — Олбрих поморщился и пощупал скулу. — Мы с Дармменом на разведку пошли. Дело в том, что раззаки на холмах посты расставили. Оттуда хорошо видны и берега Аноры, и долина в оба конца. В общем, один-два человека смогли бы, наверное — да и то я не уверен! — как-то проползти мимо них, но детей там провести невозможно.

Или пришлось бы убить несколько солдат, а это все равно что прямо сообщить раззакам: мы, мол, на ферму Каули путь держим.

Роран похолодел; страх, точно яд, проникал все глубже в душу и в кровь. Как же поступить? В голове у него мутилось от неотвратимости судьбы. Он обнял Олбриха за плечи:

— Идём, пусть Гертруда твой «фонарь» посмотрит.

— Нет уж. — Олбрих резко стряхнул его руку. — У Гертруды и без меня забот хватает.