Эрагон. Книги 1-4

Хотя, с точки зрения Эрагона, облик у них не слишком соответствовал понятию «мужская красота»: у них были узкие плечи и довольно тонкие руки и ноги, хотя, конечно, таких благородных и прекрасных лиц Эрагону среди людей встречать не доводилось, а уж держались эльфы и вовсе с неподражаемым изяществом и учтивостью.

«Господи, кто бы мог подумать, что я когда-нибудь окажусь в гостях у эльфов, в их собственном королевстве?» — с изумлением спрашивал себя Эрагон. Улыбаясь, он наслаждался дремотным теплом, исходившим от костра, зато Сапфира отнюдь не дремала. Своими сверкающими синими очами она неустанно следила за каждым движением эльфов.

«Этот народ куда лучше владеет магией, — наконец сообщила она Эрагону, — чем все люди и гномы, вместе взятые! Им ив голову не пришло бы считать, что они произошли от земли или от камня; скорее, они чувствуют себя пришельцами из иного мира — они то ли здесь, то ли там, словно отражения в воде».

«А как они грациозны!» — подхватил Эрагон. Эльфы и впрямь двигались, точно танцуя, и каждое их движение было исполнено необыкновенного изящества.

Наконец подали ужин.

Эльфы успели красиво разложить кушанья на резных тарелках из такой плотной древесины, что на ощупь она напоминала кость. Бортики тарелок украшал орнамент из цветов и виноградных лоз. Эрагону также подали крыжовенное вино в графине, тоже сделанном из дерева и украшенном резным изображением дракона, обвившегося вокруг ствола.

Пока они ели, Лифаэн извлёк откуда-то целый набор тростниковых свирелей и принялся наигрывать какую-то прелестную мелодию, быстро бегая пальцами по дырочкам, а самый высокий из эльфов, светловолосый Нари, запел:"

"Закончен день, звезда сияет,Листва недвижна — в ней играетСребристый лунный луч.

Побег Меноа, смейся над врагом и горем!Опасность не грозит. Мы проиграли в спореТебя, лесная дочь. Жизнь снова торжествует,Отброшен страх, погасло пламя,И юный Всадник снова с нами!За дочерью лесов он следует, ликуя.И снова небеса драконами полны!За их страданья мстим — и местью той сильны;Тверда наша рука, остры наши клинки.Смотри: как нежен бриз, как реки глубоки,Как высоки деревья, как светла луна!Но прячется испуганно она —Ведь правит в той стране злодей,Враг эльфов, гномов и людей. Пора покончить с ним, лесная дочь!Пусть лес притих и наступает ночь,Ты смейся, о дитя, над горем и врагом,Ведь пробил час — к победе мы придём!Нари умолк, и Эрагон наконец осмелился вздохнуть, ибо слушал его затаив дыхание. Голос эльфа звучал так, словно он в песне открывал самые сокровенные тайны своей души.

— Как хорошо ты пел, Нариводхр! — восхитился Эрагон.

— Разве это настоящая песня, Аргетлам? Так, грубая поделка, — скромно возразил Нари. — Но все равно спасибо.