Эрагон. Книги 1-4

Эрагона жутко укачало, при любом резком движении мощных крыльев Сапфиры или повороте головы его тут же сносило вбок, так что приходилось ещё крепче цепляться ей за шею. Дракониха казалась совершенно неутомимой. «Похоже, мы так и всю ночь лететь будем», — горестно думал Эрагон. Наконец, уже в полной темноте, Сапфира резко снизила высоту полетела почти над самой землёй."

"Они летели вдоль узкой горной долины, заросшей лесом. Впереди Эрагон увидел небольшую поляну, к которой, видимо, и направлялась Сапфира. Она неторопливо покружила над вершинами деревьев, затем, сильно отклонившись назад, приняла почти вертикальное положение и приземлилась на мощные задние лапы, содрогнувшись от резкого торможения и опустившись на четвереньки, чтобы сохранить равновесие. Эрагон тут же скатился с её спины, не ожидая, пока она сложит крылья.

Он попытался было встать, но колени у него подогнулись, и он упал на жёсткий наст, ободрав щеку. Ноги тут же свело мучительной судорогой; у него даже слезы на глазах выступили от боли. Казалось, каждая клеточка его тела дрожит мелкой дрожью — так он устал судорожно цепляться за шею драконихи. Эрагон заставил себя перевернуться на спину и так расслабиться, вытянув в стороны руки и ноги. Потом сел и увидел, что его тёплые шерстяные штаны на ляжках потемнели от крови. Встревоженный, он стащил с себя штаны — пальцы тут же стали липкими — и поморщился: внутренняя часть бёдер представляла собой сплошную кровавую рану. Кожа была начисто стёсана острой чешуёй Сапфиры. Эрагон, постанывая, осторожно ощупал раны, но перевязать их было нечем, и пришлось снова натянуть мокрые от крови штаны — все-таки мороз здорово кусался. Когда грубая ткань коснулась изодранных ног, он даже вскрикнул. Сидеть оказалось совершенно невозможно, но и стоять он тоже толком не мог: ноги не держали.

Ночной мрак скрывал окрестные горы, и местность казалась Эрагону совершенно незнакомой. Он понимал, что находится в горах Спайна, но не знал точно, где именно, и рядом с ним была обезумевшая от страха дракониха. «Интересно, далеко ли она занесла меня да ещё в самый разгар зимы, — думал он. — Мало того, что я не в состоянии сделать ни шагу, так ведь тут и спрятаться негде. Уже ночь, а утром нам просто необходимо вернуться на ферму! Значит, придётся снова лететь верхом на Сапфире. Господи, да я этого просто не вынесу! — Эрагон горестно вздохнул и вдруг подумал: „Жаль, что Сапфира ещё не умеет выдыхать огонь!“ И тут он вдруг увидел, что дракониха устроилась у него под боком, свернувшись клубком. Прикоснувшись к ней, он почувствовал, что она вся дрожит. Стена, отгораживавшая от него её мысли, исчезла, и теперь он отчётливо ощущал её страх.