Физрук

— Доцент пытается задержать Королеву. Что делать? Прием!

— Седьмой, быстро изобразите неравнодушного гражданина, который решил пресечь хулиганскую выходку. И уберите идиота с глаз долой до конца операции. Прием!

— Вас понял. Выполняю.

— Так и знала, что он попытается все испортить, — вздохнула Ольга Михайловна, пряча рацию.

— Что же вы его раньше не нейтрализовали? — спросил я.

— Лишняя суматоха могла привлечь внимание, — ответила она. — Не подруги вашей, а тех ее иностранных друзей, которые ее наверняка ведут с самого начала.

— Да кто же она такая? — встряла в разговор модельерша.

— Королева, — усмехнулась гэбэшница. — Вот он знает!

И она ткнула в меня пальцем. Я лишь пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Машуни. В это время в кармане у Телегиной пропищал зуммер вызова. Она выхватила коробочку рации.

— Первый на связи! Прием!

— Первый, я седьмой. Королева идет на бал. Повторяю, Королева идет на бал. Прием!

— Седьмой, захват строго в момент передачи! Прием!

— Уже пошли, первый! Прием!

— Удачи! — она опять спрятала рацию в карман и сказала: — Понимаю, что вам хочется досмотреть кино до конца.

Пойдемте, будете понятыми.

И она двинулась к месту событий. Я схватил оробевшую Вершкову за руку и потащил следом за Телегиной. Долго идти нам не пришлось. Посреди круга, образованного зеваками, стояла небольшая группа. Сама ее величество «королева постельных клопов» и высокий мужик, по всему видно, иностранец, ошарашено хлопали глазами. Несколько «своих» парней в штатском с фото- и видеокамерами снимали их, другие не позволяли удрать и избавиться от главной улики. Ольга Михайловна подошла к задержанным, приветливо улыбнулась им, как старым знакомым и скомандовала вполголоса:

— Ведите их в опорник!

— Я буду жаловаться, я иностранный подданный! — немедленно заявил мужик, упираясь долговязыми ногами в пол, но его твердо взяли под локотки.

— Немедленно требую консула!

— Все ваши законные требования, господин Керн, будут удовлетворены, — сказала гэбэшница и, обернувшись к нам, махнула рукой. — Товарищи, подойдите, будете понятыми!

Насколько я разбираюсь в законе, мы с Машуней, строго говоря, не имеем права быть понятыми, ибо лично знакомы с одной из подозреваемых.

А с другой стороны, все, что от нас требуется, это засвидетельствовать законность процессуальных действий, производимых представителями власти, или как-то так.

Мы поплелись следом за всей остальной компанией. В небольшом помещении опорного пункта милиции сразу стало не продохнуть. Самих ментов турнули, хорошо хоть кто-то догадался открыть форточку на зарешеченном окне. Задержанных усадили рядышком. На стол выложили тот самый злополучный сверток.