Френдзона: Выход

 — Нам про него в университете рассказывали. А твои братишки регулярно просвещают меня яркими примерами из своей практики.

— А меня не просвещают.

— Они тебя любят и берегут твою нежную психику.

— А твою не берегут?

— Она у меня не нежная.

Марфа поймала себя на том, что улыбается. Что это прекрасно — сидеть на светлой кухне, пить с Ромкой кофе и болтать. Только вот один маленький нюанс — это кухня находится в доме, который Марфа делит со своим мужем.

Она усилием воли согнала с лица улыбку.

— Ну, какие планы?

— Моя планы — это ты.

Сердце трепыхнулось судорожно от этих слов. Мои планы — это ты. Как много эти слова могут значить, когда мужчина говорит их женщине. Но это явно не про Марфу с Романом. Она встала.

— Значит, поедем на экскурсию по Мюнхену. Допивай кофе, я пошла собираться.

***За все то время, что Марфа уже прожила в Мюнхене, она так толком и успела узнать, какие места тут считаются культовыми и обязательными к посещению туристами. Ну разве что Мариенплац. И в Нимфенбург Клаус ее возил, Марфе там понравилось. Ну значит туда и поедем.

На Мариенплац Роман вел себя как настоящий турист — ахал, задирал голову, снимал — только почему-то не ратушу, а больше Марфу. А потом испросил кофе с брецелем, после чего они снова сели в машину и поехали в Нимфенбург.

Это была такая странная прогулка. Такое странное чувство. Когда они гуляли по дорожкам парка, любовались на фонтаны и лебедей и болтали обо всем на свете — Марфу не покидало ощущение, что она прогуливает уроки. Хотя она уроков никогда не прогуливала!

Но было именно такое чувство. Если бы не Роман — сидела бы она сейчас в кабинете управляющего перед монитором в окружении вороха бумаг. Или что-то обсуждала бы с Фанни."

"А она сидит на скамейке в красивом регулярном парке и смеется, слушая Ромкины рассказы.

Он сказал: «Я соскучился». А как она соскучилась, оказывается! По общению с ним, по его голосу, по рассказам, в которых были и юмор, и меткое словцо, и фирменный Ромкин стиль. Марфе казалось, что она может так сидеть бесконечно долго, слушать его, смотреть на него, подставляя лицо неяркому осеннему солнышку.

Но тут позвонил Клаус.

— Марта, дорогая, во сколько вас ждать к ужину? Я собираюсь готовить колбаски, их лучше есть пока они горячие.

Марфа перевела взгляд на Рому. Он рисовал носком кроссовки на песке какие-то замысловатые фигуры.

— Мы будем через час.

***— Как ваши дела, Роман? — Клаус решил развлечь гостя светской беседой. Рома ради разнообразия не стал выделываться за ужином и с аппетитом ел приготовленные Клаусом байройтские колбаски. Первое, что выучила Марфа о немецкой вообще и баварской в частности кухне — это как различать колбаски. Уже почти не ошибалась.

— Дела? — переспросил Рома, макая отрезанный цилиндрик в горчицу.