Френдзона: Выход

Тебе не уже тридцать, а всего тридцать. Я гораздо старше, и ты думаешь, я не совершаю ошибок?

Нет, мама, таких ошибок ты не совершаешь. Вряд ли ты когда-то изменяла своему мужу. Я в этом уверена. Уверена в тебе и в папе. И в кого я такая… идиотка?!

— Я чувствую себя просто дурой, мама… — обреченно выдохнула Марфа. — Такой дурой….Я столько глупостей натворила… страшных глупостей…

— Глупость — это понимать, что ты совершаешь ошибку, и ничего не делать для ее исправления.

— Мам, ты не понимаешь. Не все ошибки можно исправить.

— Просто есть ошибки, для исправления которых может не хватить длины жизни. Вот и все.

Вот и все. Как у тебя все просто, мама.

Но почему-то стало легче. И мама это почувствовала.

— Марфуш, может, ты у нас какое-то время поживешь? Чтобы тебе не быть одной?

Марфа даже улыбнулась. Родители неисправимы. И считают, что их дом — лучший в мире для их детей. Наверное, это так и есть. Хорошо, что в мире есть место, где тебе всегда рады и тебя всегда примут. Но Марфа чувствовала, что со всем дерьмом, которое она наворотила в своей жизни, ей надо справляться самой. Одной.

— Спасибо, мамуль, но я лучше у себя. Правда. Не обижайся, но…

— И не думаю обижаться. Ты просто помни, что в этом доме тебя всегда примут.

— Я помню, — Марфа улыбнулась маме в плечо.

— Что делать планируешь?

— Не знаю, — Марфа вздохнула и села ровно. — Приду в себе после приезда — и возьмусь за поиски работы.

— Папа будет рад взять тебя к себе.

— Ой, нет! — Марфа даже рассмеялась. — В том смысле, что я ценю, но лучше как-то сама.

— Сама, все сама, — вздохнула мама. — Ладно. Но помни, что если что…

— Я помню, мама.

— Хорошо. А с разводом как? Там же какие-то сложности, наверное, раз он гражданин другой страны.

— Рома обещал помочь."

"Марфа даже зажмурилась. Зачем она это сказала?! Зачем родителям знать, что Рома может иметь какое-то отношение ко всему этому?!

— Рома обещал помочь? Замечательно. Хорошо, что у нас есть Рома.

То, что у нас есть Рома, мама, это полный пиздец.

***— Ну, что там?! — Тихон разливал пятнадцатилетний чай по бокалам.

Варвара покосилась протянутый ей пузатый бокал — и решительно взяла его в руки. Пригубила.

— А вот не знаю.

— Как — не знаешь?! О чем вы там шушукались полчаса?!

— Что-то крутит и ломает нашу дочь, Тиш, — Варя медленно вращала в пальцах бокал. — А что — я не пойму. Но девочка справляется. — Тихон лишь фыркнул, а Варвара неумолимо продолжила. — Она же вернулась, с этим недо-мужем собирается разводиться. Что тебе еще надо?

— Причины понять.

— Ты в тридцать лет много отчитывался перед родителями?

Тихон сердито посопел носом, отхлебнул пятнадцатилетнего чая. А Варя продолжила:

— Марфа сейчас переживает какой-то непростой этап в своей жизни. Клаус — часть этого этапа. Кажется, пройденная.