Фуллер

Мужчина молча положил предмет на стол и указательным пальцем придвинул его ближе ко мне.

— Только не вздумай использовать против меня, — хмуро предостерег Фуллер.

А я моргнула. Мэт дарит мне шокер? С какой, интересно знать, целью?

— Зачем он мне? — все же спросила я.

Фуллер пожал плечом, словно говоря: «Ты уж сама как-нибудь реши».

Мысленно внесла примерную стоимость подарка в длинный список моих долгов перед Мэтом. Я все еще собиралась покрыть Фуллеру все расходы, связанные со мной, а также оплатить лечение брата."

"Матвей пил свой напиток, сверля пристальным взглядом мое лицо. Я понимала, что он смотрит на меня в упор. Но старательно вчитывалась в надписи на коробке, разглядывала узор на столешнице и рисунок на чашках. Словом, смотрела куда угодно, но только не на Фуллера.

И, кажется, его это ничуть не заботило. Возможно, даже веселило.

Я успела выпить весь кофе из своей кружки. А Мэт вдруг рвано выдохнул.

Вспомнила, что в прошлый раз мужчине становилось плохо неожиданно. И я испугалась, что и в этот раз он упадет без чувств.

Так и произошло. Матвей покачнулся на стуле. Его лицо стремительно бледнело, и даже легкая щетина не могла скрыть его бледность.

— Матвей! — позвала я, но Фуллер лишь поморщился, хватаясь руками за голову.

Мне стало страшно. Действительно страшно. И я подскочила со своего места, оббежала длинный стол. И вовремя оказалась за широкой спиной мужчины. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я умудрилась подхватить его крупное тело и осесть на пол.

Под тяжестью Фуллера я с трудом могла пошевелиться. Хотела вынуть телефон из кармана джинсов Мэта, но не смогла дотянуться.

Оставалось сидеть, придавленной неподвижной массой мышц, и надеяться, что мужчина придет в себя.

Мои руки жили собственной жизнью. Пальцы помимо воли заскользили по волосам, вискам, затылку, лбу. Я испугалась протяжного стона, раздавшегося в тишине кухни. Попыталась убрать ладони от головы мужчины. Но потом выдохнула.

— Оставь, — шепот был едва различимым.

Но поскольку Мэт говорил, мне уже не было так страшно, и я перестала паниковать.

Голова Матвея разместилась на моем животе, а сама я полулежала на полу, упираясь спиной в кухонный шкаф. Не сказать, что было удобно. Но зато я могла беспрепятственно рассматривать этого странного мужчину. А мои руки продолжали поглаживать его волосы, лоб, виски.

Спустя время, искаженные болью черты лица Фуллера сгладились, словно неприятные ощущения исчезли. Даже дыхание Мэта стало ровным и глубоким.

Подумала, что полуобморочное состояние, в котором пребывал Матвей, переросло в сон. Кажется, профессор говорил что-то про обследование. Возможно, Фуллеру стоит задуматься над советами доктора.

Я задумалась, размышляя над тем, что творится с Фуллером.