Фуллер

И я вновь оказалась прижата его крупным телом к теплому полу.

Но в этот раз мне было плевать на все. Мое тело жило само по себе. И я поняла, что весь мой мозг скукожился до размера мыльного пузыря. А гордость и сила воли — исчезли. Фуллер все вытравил из моего тела, оставив лишь страсть и похоть.

Я хотела его. Хотела, чтобы он не переставал меня целовать, раздевать, ласкать.

В ответ я прижимала его руками к себе, отвечала неистово на жадные поцелуи. И, кажется, кричала.

Матвей что-то бормотал в ответ, прикусывая кожу на моей шее. Я толком не слышала. Но от его низкого, хриплого голоса, от его горячего дыхания, ласкавшего кожу на шее, меня все больше сжигал пожар страсти.

Почувствовала, как возбужденное тело Мэта проникло в мое.

Фуллер застыл, нависая надо мной, упираясь локтями в пол. Его дикий взгляд поймал мой, растерянный и, скорее всего, безвольный.

— Больно? — хрипло шепнул мужчина.

А мне показалось, что сейчас передо мной совсем другой Фуллер. Не тот, что мог врезать любому, кто рискнет пойти против его желания. Не тот, что орет и ругается матом, если что-то идет не по его воли. А тот, перед которым мое сердце не сможет устоять. Мне вдруг стало жаль саму себя. Как долго я буду интересна этому сильному мужчине? Как долго буду нужна? Как долго продлится его «хочу»? И как скоро появится другая на моем месте?

У меня не было ответов. Все, что я могла — поднять руку и провести кончиками пальцев по лицу Матвея.

Его рваные выдохи замерли на миг, словно он перестал дышать. Его взгляд опалил меня своей зеленью. А я поняла, что еще капельку — и разрыдаюсь.

Мужчина повернул голову, поймал ртом мои пальцы и осторожно сжал их, то ли целуя, то ли кусая. А я запрокинула голову от переизбытка чувств и ощущений.

Фуллер двигался рвано, менял темп, то подводя меня к грани, то отпуская. И я готова была кричать, только бы он не переставал двигаться. Но мужчина все испытывал мое тело и сердце на прочность. И мне казалось, что меня не хватит, я умру, исчезну с лица планеты.

А потом сквозь гул в ушах я расслышала стон Мэта и судорожно вцепилась в его плечи, прижимая к себе.

Мне было хорошо. Неимоверно приятно. И я не собиралась разжимать своих рук. Мне было плевать на все, даже если Феликс появится на пороге кухни. И мне не было стыдно за свои желания."

"Я обессиленно лежала в крепких руках, слушала стук успокаивающегося сердца. И не находила в себе силы, чтобы прикрыть наготу. Из одежды на мне были только носки в красную полоску.

А еще я боялась раскрыть глаза. Боялась, что наткнусь на холодный и безразличный взгляд. И поэтому лежала, не шевелясь, и, кажется, даже не дыша.

— Когда я умру, присмотришь за моей тачкой? — вдруг пробормотал Фуллер в мою макушку.

Мне показалось это неправильным. Что-то жуткое было в этой простой фразе.