Фуллер

 — Рук не распускаю. Границы соблюдаю.

Я виновато улыбнулась. Как же замечательно, когда есть понимающие друзья. Но все равно, двери в офис я предпочитала не закрывать, дабы весь автосервис видел, что мы с Седым просто треплемся и едим пиццу.

Признаться, идея с отрытой дверью озарила мой мозг совершенно не напрасно. И я это поняла, как только Фуллер появился на пороге сервиса.

Не знаю, чем он занимался все эти часы, какие дела улаживал в городе, но выражение его лица было крайне недовольным. Даже, наверное, злым.

А я не знала, как себя вести с ним. Были бы мы наедине, я бы первой подошла, обняла бы, наверное. Но при Семене я сомневалась, стоит ли показывать свои эмоции и чувства. Да и нужны ли они Мэту.

Фуллер застыл в дверях, скрестив руки на груди. Задержал взгляд на полупустой коробке из пиццерии, скользнул недовольными глазами по лицу друга, который сидел в паре метров от стола, отведенного для меня.

— Чем обязаны, товарищ грозное начальство? — хмыкнул Семен, пережевывая свой кусок пиццы.

— Ты торопишься, — безапелляционно заявил Мэт и плечом оттолкнулся от двери.

Я не видела, прислушался ли Седой к неприкрытой угрозе в голосе Фуллера. Я смотрела лишь не приближающегося ко мне мужчину. И в его глазах я не видели ничего. Только свое отражение. Фуллер замкнулся, словно и не он несколько часов назад жадно целовал меня.

Я рвано выдохнула и сглотнула липкий комок горечи. Было больно. Но ведь чего-то подобного я и ждала.

Услышала, как замок на входной двери щелкнул. Значит, Семен последовал указаниям злобного шефа. А стало быть, мы теперь одни.

— Матвей…. — выдохнула я и вновь не могла отыскать нужные слова.

Но взгляд, прикованный к моему лицу, вдруг сместился к губам. И я могла бы поклясться, но выражение его глаз стремительно менялось. В них появились голод и жажда.

Теперь мужчина был именно тем, кто мог подчинить мое тело своим желаниям.

Мог и хотел этого.

Я не собиралась убегать от его рук и требовательных губ. Первой потянулась к нему, касаясь отросшей щетины кончиками пальцев. По ладони пронеслось тепло, вызывая легкую щекотку. А сердце ухнуло и лихорадочно заколотилось в груди с такой силой, словно оно, без моего согласия, изнывало от тоски по этому мужчине.

— Скажи еще раз! — потребовал Фуллер. Его голос был похож на приглушенное рычание, и властные нотки заставили затрепетать мое тело.

— Матвей! — прошептала я за миг до того, как жадный рот захватил в плен мои дрогнувшие губы.

Кажется, не только мое сердце скучало по Мэту. Но и все мое тело. И только сейчас, за последние несколько часов, я поняла, что живу, дышу, а за спиной расправляются крылья.

Фуллер быстрым движением усадил меня на стол, наплевав на все бумаги, которые я разложила по ровным стопкам.