Босс для разведёнки

Тенева подошла ко мне, аккуратно расставляя на столе заказ из ресторана и только что приготовленный кофе. Быстро и уверенными движениями она выкладывала столовые приборы по размеру, салфетки.

— Работали официанткой? — пытаясь отвлечься от её тонких запястий и того факта, что смогу обхватить их одной своей рукой, спросил первое, что пришло на ум.

— Нет.

Жду.

— Это из детства. Мама приучала красиво сервировать стол и не только по праздникам.

— Мужу тоже так делала?

Женская рука дрогнула, смещая угол наклона вилки.

— Да, — спокойно ответила Ева, тут же возвращая столовый прибор на место.

— Так понимаю, сервировка стола не помогла, когда перед ним вильнули молодая задница и упругие титьки?

Я козёл. Ну это примерный перевод выражения голубых глаз.

— Нет. Не помогла, — сдержанно отвечает Тенева, начиная опускать взгляд и отходить в сторону.

Но мне мало.

С радостью перехватываю запястье, заставляя девушку практически согнуться пополам. Теперь наши лица рядом, и мне удобно шептать ей на ухо все последующие гадости.

— Тогда нахуй ты это делаешь? Тебе нравится передо мной выслуживаться?

— Нет. Это … привычка, — нервно и уже растерянно отвечает Ева, пытаясь освободиться их моего захвата, дёргая рукой.

— Хочешь сказать, что, ужиная дома одна или с четырёхлетним ребенком, вот так вилки по линейке вымеряешь? Ну если это твоя любимая привычка. Значит, должна! — давлю на неё, желая правды из этого милого ротика, что сейчас искривился от негодования.

— Не любимая! — чуть ли не выплёвывает и тут же замирает.

Наконец-то до неё дошло осознание темы нашей беседы.

— Тогда вернёмся к началу? Зачем ты это делаешь? — меняю тон на более спокойный, пытаясь дожать мою врушку.

— Не знаю. Так положено, — тут же отделывается от меня дежурной фразой и снова дёргает рукой.

Я отпускаю, так как точно знаю, что сделаю в следующую секунду. Расшатаю нервную систему своей помощницы до основания.

— Да что ты говоришь? Значит, ты у нас воспитанная девочка? Тогда как тебе это.

Быстро встаю и, подхватив под колени, усаживаю Еву на стол, сдвигая тем самым все её геометрические фигуры. Она громко и коротко визжит, оглушая меня на одно ухо.

— Что вы делаете, Богдан Анатольевич?!

Я стою между её разведённых ног, от чего юбка того гляди не выдержит и начнёт рваться по боковому шву. Неспешно подтягиваю подол и заодно становлюсь к ней ближе, разводя сопротивляющиеся колени чуть сильнее.

— Ну как же! Секс на столе? Тебя неужели ни разу муж или любовник не трахали на обеденном столе? — выпуская из себя накопленное за это время возбуждение, позволяю голосу хрипеть, а рукам огладить шелковистую ткань на ногах, пока подушечки пальцев не нащупали край чулок. — Сразу после чудесно приготовленного тобою ужина или вообще вместо него.