Главная проблема Академии Драконов

— внезапно прозвучало с импровизированной сцены, на что тот поморщился, а зал тотчас же разразился громкими аплодисментами.

Оказалось, мэр все-таки закончил свою эпохальную речь, перестав хвалить самого себя и администрацию, а еще немного учащихся академии, после чего стал вызывать на сцену тех, кто отличился в ночном бою.

Самым бесстрашным, сделавший наибольший вклад в общее дело безопасности, оказался Кайден Ритчер, чье Правое Крыло проявило себя настоящими героями. Они первыми приняли бой и отвели ударные силы врагов от острова.

Кайден со страдальческим видом потащился на сцену.

— И, конечно же, к лику наших молодых героев мы не можем не причислить наследного принца Нерлинга Эйдана Церона МакГилла! — льстивым голосом произнес мэр.

Кронпринцу, оказалось, стоявшему неподалеку от нас, такое лебезение господина Лиарса не пришлось по душе. Не понравилось ему ни то, что прозвучал полный титул, ни заискивающий голос и интонация мэра, с которыми его имя было произнесено.

Лицо Эйдана окаменело — подозреваю, он хотел бы, чтобы к нему относились, как к остальным всадникам, — но принц все же отправился к сцене, где его с привычной ухмылкой дожидался двоюродный кузен.

— Ваше высочество! — произнес тот, после чего картинно поклонился.

На это Эйдан МакГилл пробормотал, чтобы Кайден проваливал в ад, но тот не спешил этого делать.

Вскоре им вручили огромные хрустальные кубки с надписью: «С благодарностью от жителей Эльрена и их неизменного мэра Марона Лиарса». Конечно же, господин Лиарс о себе не забывал.

На лице Кайдена появилось задумчивое выражение, словно он прикидывал, как поскорее избавиться от подарка, но мэр льстиво разрешил оставить кубки у себя. Но пообещал, что завтра же с первой грузовой подводой их доставят в академию.

Затем продолжил вызывать остальных.

В какой-то момент прозвучало имя Декстера Сандерса, высоченного блондина с приятной улыбкой на загорелом лице. Рядом с ним я увидела Селию.

Леди Винслер явилась на прием в белоснежном платье; стояла, увешанная золотом и бриллиантами — подозреваю, сверкали именно они, — и смотрела на всех с видом королевы, непонятно какими ветрами занесенной в этот свинарник.

Рядом с ней стояла Дебора в невзрачном коричневом платье с неестественно застывшим лицом — пусть косметика Нерлинга и творила чудеса, как в случае с Селией, но только не с Деборой Шторм.

— И последняя на сегодня — Эйвери Таккер, — внезапно я услышала свое имя.

Вздрогнув, отвела глаза от врагинь, после чего под жидкие аплодисменты — мне с энтузиазмом хлопали только два кузена и еще пара гостей — потащилась к сцене."

"Там мне вручили простенькую стеклянную вазочку с выгравированной на боку надписью: «Защитникам Эльрена», но я все равно обрадовалась.