Бывшая жена драконьего военачальника (СИ)

Великие Воды, как же он меня запугал. Я же вновь вся сжалась и дрожу, а только недавно бежала на бой с земляным червём. Но сражаться с духом легче, он угрожает только жизни, в случае неудачи всё завершится зараз, а Грант может обречь меня на долгую и мучительную жизнь безвольной куклы Совета, лишить свободы, личности, всех достижений. И чем больше я ему позволяю, тем обширнее его аппетиты.

— Не понимаю… чем ты думала, — он начал расхаживать из стороны в сторону, как в тот разговор с Итаном, свидетелем которого я стала благодаря своим способностям.

Тогда Грант заявил о нашей помолвке.

«Джослин свободна, разве нет?» — вспомнились слова Итана.

В этом вся проблема, я скована своей тайной со дня переворота. Именно она создала новые путы, которым держим меня Грант. И ничего не изменить, потому что я не способна изменить свою суть, избавиться от своего происхождения, этого проклятого дара. В моих руках сила, способная открыть путь куда угодно, возможно, уменьшить или даже закрыть Разлом, но она слаба, а я одна против всех, кто может пожелать получить себе этот дар, забыв о нуждах мира. Даже Итан… мне неизвестно, что он решит, если узнает мою тайну.

Вдруг тоже захочет получить эту способность в свой род, использовать её в борьбе за власть. Я до ужаса боялась разочароваться в нём. Кажется, даже сильнее, чем разоблачения перед Советом. Если тот, кто стал мне столь дорог, предаст меня, не знаю, найдутся ли причины бороться дальше. В конце концов, ради чего тогда жить, в надежде на что? На выживание? Какой толк от такой жизни? Я мечтала о семье, любви, но пора признать, что для беглянки с редким даром это лишь эфемерные грёзы.

— Ты будто не знал, что я люблю Итана, когда требовал развода! — перебила я Шейна, разозлившись на него, но в первую очередь на реалии собственной жизни.

Вот и прозвучало признание. Не знаю, хорошо или плохо, что Итан его не услышал.

— А ты уверена, что это любовь и она взаимна? — жёстко и мрачно спросил он, опустив голову, отчего тени набежали на его лицо.

Вопрос так ярко резонировал с моими сомнениями, что я замешкалась с ответом.

— Это физиология, страсть, инстинкты, Джослин, — хлёстко продолжил он, сделав широкий шаг ко мне.

И снова я не сумела отступить, его руки легли на мои плечи, удерживая на месте.

— Ты ведь это знаешь. Чувствуешь и с ним, и… со мной, — Грант склонился ко мне, громко дыша, провёл носом от моего виска к макушке, взъерошил пальцами волосы. — Ты отрицаешь на словах, но тоже ощущаешь зов инстинктов."

"Ощущала. Терпкий аромат мужчины проникал в мысли, будоражил на каком-то потаённом уровне. Но не настолько, чтобы подавить страх перед ним и отключить здравый смысл.

— В чистокровных он сильнее, во мне и в Итане, — продолжил Шейн, обдавая мою макушку злым дыханием.