Я еще не царь. Книга XXV

Я сам. Я сказал, пропустить!

И сложив телефон, он залил в себя остатки вина. За стенами веранды послышались шаги — и ОЧЕНЬ тяжелые. Каждый шаг все в комнате буквально подпрыгивало.

— Миша, сиди, — махнул рукой Есенин. — Я сам.

— Сергей Александрович, я помогу!

— Мне⁈ Поможешь? — он нервно улыбнулся. — Хорошо. Прикончи эту бутылку, будь другом.

И хрустнув шеей, Сергей направился к веранде. Я же было направился за ним, но тот, развернувшись, щелкнул пальцами — хвать! и меня притянуло к креслу.

Бутылка сама собой опрокинулась и налила стакан до краев.

— Двадцать лет выдержки, Миша, — покачал головой Есенин. — Сам не знаешь, от чего отказываешься!

И толкнув дверь, он вышел на веранду. А там…

— Мать…

Прямо на нас мчался огромный мужик метров шести ростом. Весь блестящий — доспехи на нем напоминали рыцарские и были полностью покрыты шипами. Шлем на башке походил на купол с крохотными дырочками.

Бежал он во всю дурь, и для такого роста, это было удивительно. Вокруг пыль стояла столбом. За ним от самой дыры в заборе показалась пропаханная колея.

— СМЕРТЬ НЕВЕРНЫМ!

— Тебя по дорожкам ходить не учили⁈ — рявкнул Сергей, и воздух вокруг него засверкал. Двери закрылись.

Я же вскочил с кресла. Сейчас что-то будет, а так хотелось посмотреть…

Дом тряхнуло так, что книги попадали с полок. Затем грохнул раскат, и стекла повылетали во всей комнате. И резко наступила тишина — а нет, это я оглох. Затем в уши ворвался звон.

Двери раскрылись и на порог вышел Есенин. Его домашний халат был закопчен и дымился, но мага это ничуть не волновало.

Он что-то мне говорил, но я не слышал. Звон стоял просто лютый. Пришлось пустить усилить регенерацию.

За его спиной зиял небольшой кратер. А еще там лежал шлем — единственное, что осталось от того здоровяка.

— … весенний сбор, и ты все думаешь? — плюхнулся в кресло Сергей Александрович. — Ну мне больше достанется… Кстати, а где вино?

— Разнесло вдребезги, когда вы объясняли этому малому, что не нужно ходить по газону. А кто это был?

— Исполин, — пожал плечами Есенин и направился к бару. — Ну знаешь, одно из тех забытых существ, которые мы когда-то с Володей уничтожили. И видать, не всех.

Открыв его, отпрянул — вино изнутри брызнуло прямо на ковер. Взрывная волна не пожалела бутылки и там.

— Зараза!

— Исполин⁈

— Угу, — оглянулся Есенин. — Вроде, кричал что-то о том, что всех сильнейших настигнет кара небес!

— Черт, а если их двое?

— Кто знает?..

— Тогда мне нужно к себе! — и я направился на выход. — Но я еще вернусь, Сергей. Мы еще поговорим!

— Ага, конечно. Ты главное целься в нос. Собаки, быки и вот подобные твари этого очень не любят.

— Запомню, спасибо!

Я рванул к выходу и, стоило мне оказаться в холле, как открылась дверь. На пороге стоял Антон.