Я ненавижу тебя! 1 и 2 книги

– Что это? – обеспокоенно прошептала Маша, увидев в руках у медсестры шприц: – мне нельзя спать, мне нужно к дочери.

– Не волнуйтесь, это всего лишь «Нимисулид», не снотворное, а обезболивающее и противовоспалительное, – успокоила ее Лина, и, начав вводить обезболивающее, продолжила объяснять: – Просто если его прямо внутривенно вколоть, то боль уйдет сразу же, а если я вам таблетку дам, то вам еще минут тридцать помучиться придется, а из-за вашей болезни это чревато тяжелыми последствиями.

Влад больше не мог находится в этой комнате, он не мог смотреть на ее страдания, даже если эта и копия, но ощущения были такие, словно это его маленькая Машка сейчас болеет и это ей требуется помощь, а не неизвестной ему рыжей ведьме.

– Мне нужно уйти, – глухо проговорил он, – помогите собраться Марии Николаевне, и сами тоже оденьтесь, поедите вместе с ней, по городу покатаетесь, и поможете, если понадобиться.

Лина хотела уже повернуться и ответить господину Лисовскому, что Марии Николаевне сейчас нельзя никуда ехать, но увидела лишь его спину и захлопнувшуюся дверь.

Вздохнув, она убрала жгут, вытащила иголку из вены и, распаковав спиртовую салфетку после инъекций, приложила к ранке. Маша согнула руку в локте и постаралась расслабиться.

Лина вернулась к столику, чтобы в сумочку упаковать медикаменты, но увидев, как Маша начала вставать с постели, не выдержала и кинулась обратно к кровати со словами:

– Вам нельзя никуда ехать, вам нужно отдохнуть хотя бы пару дней.

– Мне нужно к дочери, – прошептала Маша, чувствуя, что боль уходит и ей становится легче.

Она встала на ноги и начала оглядываться в поисках своей одежды.

А Лина, все еще стоящая рядом, наклонилась к ее уху и прошептала:

– Я позвонила, куда вы просили, может быть вам не стоит пока никуда ехать?

Маша взглянула на девушку, и обратила внимание на ее обеспокоенный взгляд, от чего на душе стало чуточку легче.

– Спасибо вам большое, – она с благодарностью положила руку на ее плечо и тихонечко сдавила. – Но мне очень нужно увидеть дочь.

Маша понимала, что возможно Леночку она больше не увидит никогда, и именно поэтому, пока Влад ей позволил это сделать, все же решила сама увезти ее к родителям. Да и увидеть ребенка хотелось очень сильно.