Я ненавижу тебя! 1 и 2 книги

– У меня мало времени, – сразу же начала Маша, – осталось всего двадцать минут, – она демонстративно посмотрела на часы, висящие на стене.

– Ты бы хоть присела, дочь, – строгим голосом попытался заговорить отец, но тут же сник под Машиным удивленным взглядом.

Николай Андреевич всегда был очень добрым по натуре человеком, и ругаться толком не умел, да и отстаивать свое мнение тоже не умел. Из-за этого всегда на любой работе об него все кому ни лень вытирали ноги, и нагло пользовались незаурядными способностями.

«Скорее всего – это мама, уговорила отца попытаться надавить на ее решение уехать», – поняла Маша, и сразу же перевела взгляд на мать.

"– Мама, папа, пожалуйста…, – с мольбой в голосе проговорила она родителям, – у меня нет ни сил, ни времени, ругаться и что-то объяснять. Я своего решения не изменю, и если вы действительно меня любите, то я очень вас прошу помочь мне, а не устраивать допросы…

Маша вытащила деньги, что оставляла ей мать, когда приезжала, и подойдя к столу положила их на него.

– Не надо ничего говорить, – прервала Маша Елену Васильевну, когда та уже хотела потребовать, чтобы Маша оставила деньги себе, – эти деньги и вам понадобятся, здесь еще на верхнюю одежду для Лены я добавила, потому что забыла, как здесь холодно бывает.

Елена Васильевна сжала губы в полоску, она была очень недовольна решением дочери, но прекрасно понимала, что спорить с ней бесполезно. Как и пытаться выяснить, что за люди ожидают ее в подъезде.

– Мам, пап? Ну что вы молчите? Вы поможете мне? – Маша устало села на табуретку, она переводила взгляд с отца на мать и, в итоге, с облегчением дождалась их неохотных кивков.

Она тут же поднялась.

– Мне нужно поговорить с Леной, мам, ты не могла бы напоить Лину чаем?

– Конечно, могла бы, – с раздражением сказала Елена Васильевна и, встав, пошла к холодильнику, – кем бы она не была… И вообще, ты сама-то, что, даже чаю не попьешь? И ребенка, небось, голодом заморила?

Маша не стала слушать бурчание матери и пошла в зал. Там она обнаружила сидящую на диване недовольно сопящую дочь, и Лину притулившуюся в кресле.

– Лин, иди чай попей.

Лина не стала спорить с Машей и говорить ей, что не голодна, прекрасно понимая, что она хочет попрощаться с дочерью, и сразу же ушла из комнаты.

Маша присела на диван рядом с Леной. И глубоко вздохнув, решила начать с инцидента в самолете. Лена очень редко капризничала, а если и начинала, то Маша сразу же пресекала подобные случаи. И поэтому сейчас она решила понять – что не так, чтобы Лена не устраивала истерик бабушке.