Яга

Призрачный свет ничего, кроме камней пути, не освещал, от чего по обеим сторонам дороги усилилась мгла, но идти было легко.

Желан шел, почему-то ничего не опасаясь и даже не думая, что его могут заманить на погибель.

– Светляк, – с мимолетным недоверием в голосе прошептал себе под нос парень. – Летит…

Так они и двигались – непонятный светлячок впереди, а Желан позади.

Иногда свет останавливался, поджидая замешкавшегося человека, но, дождавшись его, продолжал движение. Скорое появление густых рваных щупалец тумана не насторожило парня – в эту пору туман не редкость.

Он вышел к гнилым, гиблым болотинам, но не знал об этом – заходить так далеко в чащу Молохова урочища ему еще не доводилось. От интенсивной ходьбы парень согрелся и уже не замечал, что небесная влага принесла с собой ночной холод и даже заморозки.

Внезапно для Желана зеленый огонек ускорился и, бросив своего попутчика, быстро исчез из виду. Парень нахмурился, пошел туда, где пролетел сказочный огонек, но его и след простыл.

Пройдя три десятка шагов, он в недоумении остановился. Его взору открылось невероятное зрелище. Огромный уродливый дуб возвышался в центре круга, обрамленного сотней таких же мерцающих призрачным светом огоньков.

А перед этим безобразным исполином врос в землю огромный кусок черного гранита, на котором лежала девушка.

Подсвеченное зелеными всполохами бледное лицо Преславы не выражало никаких чувств: ни тревоги, ни страха.

– Очи закрыты, – с содроганием прошептал Желан.

Теперь он заметил стоящую спиной к нему сгорбленную фигуру в какой-то отвратительной накидке.

Кто это был, он не понимал, но почему-то не мог сделать даже шага. Для этого он должен был неминуемо перешагнуть ту самую светящуюся границу круга.

– Человек ли это? – Желан всматривался в непонятный силуэт. – Кто это?"

"Фигура в капюшоне вскинула руки, и жених увидел ярко блеснувший клинок. Желан опешил. Ему бы надобно броситься вперед, выбить огромный нож из рук этой темной фигуры или хотя бы закричать, привлечь внимание палача, но он медлил, медлила и фигура в капюшоне.

«А ведь это моя жена там лежит! Жена!»

Мысль обожгла. Может, и не было у него к Преславе великой любви, но девушка ему нравилась своей красотой и кротостью.

«Через миг ее убьют!»

Желан рванулся вперед. Туда, в круг, к камню, к палачу, остановить, помешать, спасти! Рвануться-то рванулся, но получилось только болезненно дернуться. Кто-то сильный схватил его настоящей медвежьей хваткой. Боль полоснула огнем – он не мог даже на вершок сдвинуть тело или пошевелить плечами.

– Куды собралси? – хохотнул этот кто-то за спиной.

Желан дернулся, как от укуса собаки, и бешено завращал головой, пытаясь заглянуть назад, за спину. Не получилось.