Яга

Какое-то время избушка еще всматривалась вдаль, пытаясь разглядеть своих мучителей и убийц своей хозяйки, но видимость ухудшилась, и скорбная домовина убитой ведьмы поползла.

Выполняя приказ хозяйки, она ползла к лесу, в чащу, подальше от жестоких людей и безумных петухов. Ведь Ягодка перед смертью приказала бежать именно ей.

Вот избушка и побежала, как смогла, по вершку, по пяди, аршин за аршином. Как будто бы на курьих ножках, поползла, потащилась, поволокла себя. С треском разбила поперечины околицы и уползла совсем.

На опушке леса ее встретил леший, стенающий по мертвой госпоже.

Он лил смоляные слезы и помогал избушке протискиваться между деревьями в узких местах. Там, где прошла избушка на курьих ножках, он втыкал в заснеженную землю саженцы елок и кустов. Деревья мгновенно прорастали, маскируя путь закопченной избы.

День сменялся ночью, темная ночь перетекала в ненастный день, и теперь уже ничто не напоминало о том, что совсем недавно на окраине русского поселения под дивным названием Красатинка стояла яркая и веселая избушка. Ушла она, далеко ушла, унося с собой тело своей волшебной хозяйки, в самую чащу Молохова урочища утащила.

Затерялась. Навсегда.

Там в чаще леса избушка нашла себе укромный уголок, крошечную полянку, окруженную красивыми молоденькими елочками, потопталась, как курица перед тем, как взгромоздиться на насест, осела на заваленную снегом мягкую хвою и замерла, захлопнув намертво двери и ставни.

Избушка на курьих ножках принялась ждать, а чего ждать – неизвестно.

Глава 8. Живот и головы

Весна 1036 года выдалась скорой и теплой.

Снег сошел уже в марте, талые воды насытили окрестные водоемы, поднялось и гнилое болото посреди Молохова урочища.

Огромный медведь с заплесневевшей чахлой шкурой проснулся в своей берлоге, которую резкая оттепель превратила в маленькое озерцо. Сначала он ворочался и кряхтел, пытаясь опростаться и выбить из себя засохшую пробку кала. Затем выбрался на свет и принялся набивать утробу свежей порослью вкусной и сочной травки.

Голод. Весенний голод не шутка – впалые бока требовали пищи. Медведь сначала шатался вокруг старой берлоги, а затем принялся обходить свои прошлогодние угодья в поисках падали – на стремительную охоту у него не было сил, а падалью полакомиться голодной весной любому косолапому за радость.

Промышляя по лесу, медведь водил кончиком носа – принюхивался.

Раньше это заброшенное человеческое жилище зверь обходил стороной, но сейчас в поисках пищи он неосторожно приблизился к ветхой избушке и, подчинившись природному любопытству, хватанул мощными когтями по бревенчатой стене.