Идентификация Борна

Боны на предъявителя различного достоинства. Это значительно проще в оплате.

— Ты уже заработала на обед, — довольно улыбнулся он, дотрагиваясь до ее щеки.

— Я стараюсь отрабатывать свое содержание, сэр, — произнесла Мари, поглаживая его ладонь. — Сначала обед, потом Петер… А затем книжный магазин на Сен-Жермен.

— Книжный магазин на Сен-Жермен, — повторил Борн и боль снова пронзила его.

«Что это было? Почему я так испугался?»

Они вышли из ресторана на бульваре и направились к телефонному узлу на улице Вожирар. Там находилось множество телефонных кабинок, расположенных вдоль стен просторного зала, в центре которого был большой круглый прилавок, за которым клерки принимали заказы, назначали кабинки и регистрировали отказы на линиях.

— Линия достаточно свободна, — сообщил подошедший клерк. — Вы будете соединены буквально через минуту. Пожалуйста, пройдите в кабину № 12.

— Двенадцать? — уточнила Мари.

— Да, мадам, прямо перед вами, у стены.

Пока они шли к кабине, Джейсон держал ее за руку.

— Я знаю, почему люди предпочитают звонить отсюда. Отсюда дозвониться намного быстрее, чем из телефона в отеле.

— Это только одна причина.

Они дошли до кабины и едва успели закурить, как внутри раздалось два резких звонка. Мари открыла дверь и вошла внутрь, вынимая на ходу записную книжку с карандашом. Она быстро сняла трубку. Через минуту Борн с содроганием заметил, как Мари бессмысленно уставилась в стену. Кровь отлила от ее лица, а кожа стала мертвенно-бледной. Она закричала, сумочка ее упала и содержимое рассыпалось по полу. Джейсон бросился внутрь. Мари была близка к обмороку.

— Это Мари Сен-Жак, Лиза. Я звоню из Парижа. Петер ждет моего звонка.

 — Мари? О, боже мой… — секретарша потеряла дар речи. Где-то вокруг нее слышались посторонние голоса. Трубку взял кто-то другой…

— Мари, это Алан, — проговорил первый помощник Петера. — Сейчас мы все находимся в кабинете Петера.

— В чем дело, Алан? У меня очень мало времени, и я хотела бы с ним поговорить.

Наступила тишина.

— Я тоже хотел бы это сделать, Мари, но боюсь, что это невозможно. Петер мертв, Мари.

— Он… Что!?

— Несколько минут назад позвонили из полиции, скоро они будут здесь.

— Но что случилось? Боже мой, он умер? Что случилось?

— Мы сами ничего путного не знаем.

Мы пытаемся выяснить по его книжечке, где он записывает телефоны. Надо узнать хоть что-нибудь, что может дать пищу для размышлений. Нам запретили трогать все, что лежит у него на столе.

— На его столе?

— Записи, наброски планов, черновики или подобные бумаги…

— Алан! Скажи мне, что случилось.

— Только то, что я уже сказал. Он не сообщил никому из нас, чем он занимается. Все, что нам известно, так это то, что ему пару раз звонили из Штатов.