Идентификация Борна

— Ты хочешь сказать, что не имеешь к Карлосу никакого отношения!? Ты отрицаешь это?

Вилье попытался высвободиться.

— Я ненавижу тебя, грязное животное!

— Черт бы вас побрал, да или нет!?

Генерал плюнул ему в лицо. Огонь в его глазах пошел на убыль, на глазах появились слезы.

— Карлос убил моего сына, — пробормотал он, еле приоткрывая рот. — Он убил моего единственного сына на улице дю Бак. Жизнь моего сына оборвалась, когда пять пачек динамита разнесли в активную пыль его машину… Джейсон медленно расслабил свои пальцы. Тяжело дыша, он старался говорить как можно спокойнее.

— Поставьте свою машину где-нибудь в стороне от дороги, можно прямо в поле. Мы должны поговорить, генерал. Произошло кое-что такое, о чем вы не имеете понятия, и мы вдвоем должны разобраться в этом…

— Никогда! Этого не могло случиться!

— Однако это случилось, — заявил Борн, сидя рядом с Вилье на переднем сидении его машины.

— Произошла чудовищная ошибка! Вы не понимаете, что вы утверждаете!

— Никакой ошибки нет. Я знаю, что говорю, потому что сам обнаружил этот номер. Это не просто номер телефона для связи, это блестящее прикрытие. Никто, находясь в здравом рассудке, не сможет связать вас и Карлоса, особенно в свете гибели вашего сына. А широко ли получил огласку тот факт, что это убийство связано с Карлосом?

— Я предпочел бы другой язык, месье.

— Извините.

— Огласка? Внутри Сюрте, да. Внутри военной разведки и Интерпола, вполне вероятно. Я читал все отчеты.

— И что в них говорилось?

— Здесь были задеты интересы политических фанатиков, и мой сын послужил примером в назидание другим. Этим Карлос хотел оказать поддержку некоторым своим друзьям по прежним радикальным движениям.

— И поэтому вы ушли из армии и занялись политикой.

— Да. Дети обязаны продолжать дело отцов, но в данном случае, как видите, судьба распорядилась по-иному. Его взгляды отражали и мою жизненную философию, и за это он был убит. Мне пришлось выйти на политическую арену и бросить вызов всем его бывшим врагам. Сейчас я готов к встрече с ними.

— Полагаю, что вы не один в этом начинании.

— Что вы имеете в виду?

— Тех людей, с которыми вы встречались в ресторане. Они выглядели так, как будто в их руках находится половина французской армии…

— Но это почти так, месье. Когда-то они были достаточно известны в качестве самых отчаянных командиров, окончивших Сен-Сир. Но страна потерпела ряд неудач, включая и линию Мажино. Они до сих пор считают, что если бы им пришлось командовать в то время, Франция бы не пала. Они стали участниками Сопротивления, они сражались против Германии и Виши в Европе и в Африке.

— Что же они делают сейчас?

— Большинство на пенсии, но они не забывают прошлого и живут надеждами. Давайте вернемся к нашим делам.