Идентификация Борна

Он сказал, что каждый контакт с ними должен быть сделан с того места, где меня нельзя было бы проследить по телефонной сети. Они все время держат меня на цепи. Они хотят меня заполучить, но в то же время боятся меня. Непонятный факт! Почему они не предлагают мне прийти прямо в посольство? Там территория США, и никто не сможет тронуть меня даже пальцем. Но они этого не делают.

— Улицы прослеживаются, ты ведь говорил об этом.

— Ты знаешь, я сказал это наугад, пока секунду назад еще раз не задал себе этот вопрос еще раз. Кем? Кем прослеживаются все улицы?

— Вероятно, Карлосом и его людьми.

— Да, они могут это предположить. Вероятно, что они обнаружили каких-то людей в машинах или без машин возле посольства. Вполне правдоподобная версия.

— Карлос гораздо способнее, он нашел бы что-нибудь другое. И, кроме того, существует масса способов въехать в посольство через ворота на специальном автомобиле. Там постоянно дежурят морские пехотинцы. Это достаточно тренированный контингент, особенно для подобных случаев. — Согласна.

— Но они этого не делают, они даже не предлагают подобный вариант. Вместо этого они заставляют меня играть в карты. Почему, черт побери?

— Ты сам мне сказал, что после шестимесячного молчания, они должны соблюдать осторожность.

— Но почему таким способом? Они могли бы провезти меня через ворота и делать потом со мной все что угодно. Вплоть до того, что упрятать меня за решетку. Но они не желают иметь со мной прямых контактов, хотя не хотят упустить.

— Они ждут человека из Вашингтона.

— Но что может быть лучше для ожидания, чем помещение посольства? — Борн отодвинул стул. — Тут что-то не так. Нужно отсюда уходить и немедленно."

"Шесть часов и двенадцать минут понадобилось Александру Конклину, наследнику Тредстоуна, чтобы пересечь Атлантику. Обратный рейс он должен был проделать с утренним «Конкордом» и появиться в Лэнгли в девять часов утра. Если бы кто-нибудь поинтересовался, где он находился, то на этот счет уже был готов необходимый ответ.

Конклин прошел прямо к телефонам в зале аэропорта и позвонил в посольство. Первый секретарь сразу же поднял трубку.

— Все идет согласно расписанию, мистер Конклин. Борн постоянно интересуется, почему его не приглашают в посольство.

— Он спросил это? — Конклин страшно удивился, но потом все понял. Дельта проверял реакцию человека, который ничего не знал о событиях в Тредстоуне.

— Вы сказали ему, что улицы могут контролироваться?

— Да, конечно. А он спросил меня кем? Вы представляете?

— Представляю. И что вы ему сказали?

— Что он должен знать это так же хорошо, как и я, и что обсуждать это по телефону неосторожно.

— Очень хорошо.

— Я тоже так считаю.

— И что он сказал на это? Он как-то выразил свое отношение?

— Каким-то странным образом.