Идентификация Борна

— И ему известно место, где было создано прикрытие?

— Да, потому что другая часть его знает об этом.

— Тогда он будет стремиться туда. Это будет подсознательное принуждение.

— Почему?

— Чтобы уничтожить прикрытие. Он убивал всех, кто оказывался в поле зрения из тех, кого он знал, но главной его целью должно было бы быть прикрытие, то есть он сам.

Александр Конклин положил трубку. У него вдруг заболела ампутированная много лет назад нога. Его мысли находились в таких страшных конвульсиях, что он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Он был неправ в Париже… точнее, на кладбище близ Парижа. Он хотел убить человека по ложным выводам, в то время как истинные причины находились вне его понимания. Он имел дело с сумасшедшим. Сегодня или завтра Карлос будет уничтожен, и другой займет его место. Как мы допустим это… Дэвид? «Когда-то мы были друзьями… Дельта. Я знал, Дэвид, твою жену и детей. Мы провели вместе очень много времени, находясь в Азии. Ты был лучшим офицером иностранного отдела на Востоке и это знал каждый. И вот это случилось. Смерть с неба прошла над долиной Меконга… После этого ты переменился, Дельта… Теперь мы не сможем понять друг друга. И теперь должен умереть. Никто из нас не может позволить, чтобы это продолжалось. Никто из нас».

— Пожалуйста, оставьте нас на некоторое время, — сказал генерал Вилье своему помощнику, усаживаясь напротив Мари Сен-Жак в одном из кафе в районе Монмартра. Помощник кивнул и направился к столу в десяти футах от кабины. Полностью опустошенный старый солдат смотрел на Мари. — Почему вы настояли на том, чтобы я пришел сюда? Ведь он хотел, чтобы вы уехали из Парижа. И я дал ему слово, что исполню его просьбу.

— Подальше от Парижа, подальше от суеты, — проронила она, глядя на изможденное лицо старика. — Весьма сожалею. Я не хочу быть для вас еще одной обузой. Я слышала сообщение по радио.

— Безумие, — буркнул Вилье, пробуя бренди, заказанное для него помощником. — Три часа лживых разговоров с полицией и обвинение невинного человека в преступлении, которое совершил лично я.

— Описание дано с ужасающей точностью. Никто не сможет потерять его след.

— Он сам дал мне его. Он сидел перед зеркалом моей жены и объяснял мне, что я должен буду говорить, как-то странно глядя на собственное лицо. Он считал, что это единственно верный путь. Карлос должен был бы быть только доволен, если бы отправился в полицию, начав охоту на человека. Безусловно он был прав. — Он был прав, — согласилась Мари, — но его нет ни в Париже, ни в Брюсселе, ни в Амстердаме.

— Прошу прощения, я вас не понял.

— Я хочу, чтобы вы сказали мне, куда он направился.

— Он же сам вам это сказал, и я это слышал.

— Он лгал.

— Почему вы в этом так уверены?

— Потому что я знаю, когда он говорит мне правду.