Их невинная наложница

— Дорогая, ты не думаешь, что он может изменить свое решение, если ты поговоришь с ним? – спросила Ханна. – Просто мне кажется, что он был не в себе, когда решился на это. Возможно, ему нужно время.

Пайпер покачала головой. Может быть, Талу нужно было время, но молчание Рафа и Када говорило само за себя.

— Нет. Они все решили. Они больше не нуждаются в жене. Теперь они могут сохранить свой трон без меня. Я думаю, сейчас они, наконец, осознали, что я не принадлежу к их сословию.

— Или же просто они стали свидетелями того, как в их брата стреляли, а их невеста чуть не погибла, и плохо отреагировали, — ответила Ханна. – Иногда мужчины совершают глупые поступки по верным причинам. Ты ведь знаешь, что у меня были некоторые проблемы при рождении Эшли?

Пайпер повернулась к подруге. Она знала эту историю. Что-то пошло не так при родах, и Ханна почти насмерть истекла кровью.

— Я знаю. У тебя было сильное кровотечение.

Ханна глубоко вздохнула.

— Я чуть не умерла, и Эшли тоже. И мои мужья были прямо там. И каждый из троих отреагировал совершенно по-разному. Я думала, что Гэвин будет сходить с ума от страха, но мы стали лишь ближе. Слэйд стал экспертом по родам. Я клянусь, он читал все, что попадало к нему в руки, пытаясь выяснить, что пошло не так. А Дэкс,. — она тихонько всхлипнула, и в ее глазах заблестели слезы. – Дэкс отдалился. Он стал таким чужим, таким отстраненным. Я думала, что могу потерять его, но понемногу он начал приходить в себя, пока в один прекрасный день я не нашла его, державшего Эшли со слезами на глазах. Он должен был пережить это. Это было тяжело для всех нас, но для Дэкса — особенно. Он рос без семьи. Мысль о том, что он мог потерять меня, опустошила его. Я думала, что он был в ужасе от этого ребенка, но он снова здесь, рядом со мной.

У Пайпер вырвался глубокий вздох страдания, потому что ее история не закончится таким образом.

— Разве ты не сердилась на него за эту отстраненность?

Ханна погладила Пайпер по голове.

— Конечно, но я не желала сдаваться. Ему нужно было время. Когда он вновь был способен стать храбрым, я простила его. Милая, я знаю, что они причинили тебе боль, но, если у тебя будет возможность, подумай о том, чтобы простить их. Не держи эту боль внутри. Я не могу смириться с мыслью о том, что это разрушит твою жизнь. Борись за них, если все еще любишь. И если это не сработает, отпусти все и двигайся дальше, зная, что ты пыталась. Двигайся дальше, зная, что ты заслуживаешь хорошей жизни и столько любви, сколько можешь принять.

В ее горле зародились рыдания, но Пайпер сдержалась.

— Что, если я не смогу полюбить кого-то еще?

— Ты полюбишь. В тебе слишком много любви. Тебе долго будет больно, но ты будешь жить и снова любить. Я обещаю, – она обняла Пайпер, притянув ее к себе. – Ты должна вернуться на работу.