Их невинная наложница

Он поцеловал ее, глубоко проникнув языком, прежде чем спуститься к ее шее. Раф сменил его у ее губ, коснувшись ее носа своим, прежде, чем завладеть ее ртом. Его язык скользил по ее языку шелковой лаской, в то время, как его руки передвинули ее тело, и ее наполнил чувственный экстаз.

Ее уносила сладкая волна. Не имело значения, кто именно прикасался к ней, пока они все были вместе. Кто-то, она предположила, что это был Талиб, взял ее за лодыжки и развел ее ноги в стороны, проникая между ними. Наконец, Раф оставил ее рот, и, вместе с Кадом, словно хищные птицы, они двинулись к ее груди, одновременно опустив головы. Она задохнулась, когда они потянули ее за соски, обвивая их языками, прежде, чем каждый втянул горошину в свой рот.

Тал прижался носом к ее кискк. Она почувствовала его стон удовлетворения своей кожей.

— Я так по тебе скучал. По каждому твоему дюйму. Я скучал по твоей улыбке и тому, как ты смеешься. Я скучал по тому, как ты перечишь мне, но, боже, Пайпер, я так чертовски скучал по этому.

Он лизнул ее лоно, медленно скользнув языком, заставляя ее пылать изнутри. Она тонула в каждом из них. Тал всосал ее клитор и нежно прикусил его зубами, прежде, чем полностью накрыть ртом ее киску. Он глубоко трахал ее языком, ясно давая понять, что хотел сделать своим членом.

— Мы должны подготовить ее, братья. – Раф в последний раз потянул сосок, а затем скатился с кровати.

Кад послал ей ленивую улыбку.

— Твоя подготовка будет чистым удовольствием, моя жена.

— Я готова, — заверила Пайпер. Ее сердце бешено колотилось. Она уже была теплой и влажной для них. Она невыносимо желала их. - Я более, чем готова.

Рот Тала оставил ее киску, в тот самый момент, когда она уже была на краю чего-то удивительного.

— Ты еще не готова. Но скоро будешь. Кто хочет вкусить нашу любимую девочку?

Раф бросил Талу бутылку с жидкостью и вернулся в постель.

— Ты знаешь, что она — мое любимое лакомство. Давай, хабибти. Опустись на мое лицо. Позволь мне заставить тебя кончить. Я хочу попробовать тебя.

Кад приподнял ее и повернул так, чтобы она оседлала Рафа, который застонал и заставил ее выпрямиться, обхватив своими большими руками ее попку и притянув ее к своему рту. Его язык вошел в нее, продолжая то, что начал Тал.

Тал рукой заставил ее прогнуться и схватиться за спинку кровати. Ее не волновало, что он делал с ней, пока Раф продолжал медленно исследовать каждый дюйм ее киски. Его смелый язык ласкал и с обожанием осваивал каждый ее дюйм. Он тщательно облизал ее, прежде чем перейти к ее клитору. Жар полыхал все сильнее, толкая ее к высшей точке.

— Открой ее мне, Раф, — велел Тал.

Не прекращая своего занятия, Раф руками развел ее ягодицы, давая Талу то, что он хотел. Она почувствовала себя уязвимой, но это казалось таким правильным. Это были ее мужья.