Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

И я киваю, ввергая его в ступор. - Почему сразу не сказала?

- Вы не спрашивали, - добиваю его одной фразой. - Так что придется подождать, пока мне свекр новый паспорт сделает.

Повисает тишина. Атмосфера становится тяжелой, воздух нагревается. Причем по-настоящему. В зале душно и жарко становится. А со стороны кухни валит дымок. Подгорело у поваров что-то?

- Значит, со мной это время поживешь, - выглядывает из-за нотариуса Павлик. Выбрасывает руку, пытаясь меня схватить, но я уворачиваюсь. Прячусь за грузным мужичком, словно за щитом. - Как паспорт получишь, вернемся к изначальному плану, - тараторит недожених, пытаясь поймать меня с другой стороны.

- Развод, суд, раздел имущества…

Я сминаю документы, кошусь на портфель у нотариуса подмышкой.

- Черт! Черт! Зря поторопился! – сокрушается Петровский, массируя пальцами виски. - Надо было отца слушать! Черт! – рвет короткие волосы на голове, а амбалы у входа настороженно поглядывают в нашу сторону, упуская из вида то, что творится за их спинами."

"Я же опасливо наблюдаю за кухней. Да что там происходит?

– Но ты прав, Тумановым ее возвращать теперь нельзя, - поднимается Стас.

- Расскажет им все, а они придумают, как нам помешать. Увозим ее с собой, потом разберемся. Отец все решит.

Нет уж! Если меня похитят, Альберт будет очень зол! И кофе в постель я не отделаюсь.

- Пожа-ар! – внезапно визжит кто-то в холле.

И я не сразу узнаю голос Стаси. Пока она сама не появляется следом. С огнетушителем в руках, еле тащит его. Поднимает тяжесть из последних сил, давит куда-то, но справиться не может. Нагло приказывает что-то амбалам. И они слушаются машинально. Отступают, пропуская ее.

Хотя в самом зале ничего не горит…

Мужчины отвлекаются от меня. Все как один крутят головами в поисках источника пожара. В закопченной кухне суета. Сотрудники кафе вылетают оттуда, призывая посетителей покинуть здание.

Один из амбалов, очнувшись, пытается забрать у Стаси огнетушитель, но она отмахивается. Им же!

Огня не вижу, однако дымит сильно. И воняет жутко.

- Какого хрена, - надрывно кашляет Петровский.

Пока царит неразбериха, я в панике сгребаю бумаги и… вырываю портфель у нотариуса. Вдруг там есть что-то полезное.

А мне прощение у Алика просить. Долго и нудно. Задобрю его документами.

- Пожа-ар! – повторяю вопль подруги-амазонки.

Со всей дури толкаю и переворачиваю столик, чуть ли не сбивая Петровского. В него же летят кружки с чаем и кофе, остатки пирожных.

Делаю рывок в противоположную от Павлика и нотариуса сторону. Боком протискиваюсь между стульями и окном, попой проезжая по подоконнику. И мчусь прямо на амбалов.

К сожалению, выход здесь единственный. Вся надежда на Стасю, которая борется с огнетушителем.