Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Это меня сейчас так пытались оскорбить?

Но мне-то любой бизнес не важен, поэтому снова мимо.

Смешно.

— А, то есть дела в нем идут настолько плохо, что вам приходится торговать собственным ребенком? Остается только посочувствовать.

Покачать головой, поправить волосы, мягко улыбнуться:

— Как адекватная мать, даже своим детям, которые прилично моложе ваших, я не указываю «с кем спать, а с кем дружить». Просто потому, что мои дети — сознательные, взрослые личности. И естественно, от мужчины рядом я в первую очередь ожидаю осознанности, самостоятельности, адекватности и взрослых, взвешенных решений. Его собственных. Счастливо оставаться.

Все же балетки для лета — великая вещь. Удобные, легкие, мягкие, устойчивость повышают.

Неслышно и быстро дотопала до машины, а выруливая на проспект в сторону дома воспользовалась тем, что в машине есть кондиционер, значит, можно закрыть все окна, дабы врубить «Битлов» на всю катушку.

И душевно поорать.

Дома был полный комплект и все чем-то очень важным заняты.

Тишь да гладь.

Пытаясь отвлечься, влезла в разбор почты и внезапно была ошарашена. Я даже три раза перечитала, а после призвала детей и вслух зачла им неожиданное письмо от издательства детско-юношеской прозы «Скейт».

Сын хмыкнул, потер шею сзади до боли знакомым движением, взлохматил волосы и выдал:

— Ну, мам, чо? Это успех! Еще типа итогов конкурса не подвели, а тебя уже приглашают печататься. Да не только все три истории, но и дальше готовы рассмотреть, если есть. У тебя есть?

— Есть. Еще пять, — оторопело ответила.

— Прикинь, круто. Если так пойдет, то минимум три, а максимум — восемь частей в личной авторской серии «Под крылом дракона: (Не)мамины советы».

— Только надо внимательно договор читать. Что там про права, про переиздание, про электронные версии? — тут же всполошилась Лера.

И мы еще час разбирали прилагавшийся к письму договор. А когда попереживав вдоволь, поспорив до хрипоты и взаимных оскорблений (у моих неуемных детей), все же отправили подписанный вариант, то неожиданно получили входящий звонок из Москвы.

Милейшая дама-редактор, после взаимных расшаркиваний прощебетала:

— У меня и замечаний-то почти нет, это сейчас вообще такая редкость, Арина Егоровна. Я поэтому Ваши рукописи и показала директору. Вот. Ему понравилось. Если вы не возражаете, я сейчас переведу звонок, и Алексей Владиславович сам вам в подробностях расскажет, чего он от новой серии ждет.

Алексея Владиславовича я слушала еще почти час. Но в целом это как-то вообще сказочно получалось — от меня еще истории, работа с художниками-оформителями он-лайн, а все продвижение на себя берет издательство:

— Вам, конечно, придется приезжать на автограф-сессии, но это все мы, естественно, с вами заранее согласуем.