Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Да и Глеб Максимович наверняка счастлив, да?

Из срочного в месяц отдыха был только регулярно названивающий Алексей:

— Арин, как ты думаешь, если в следующем романе показать, что помощь от родителей это бескорыстно, неопасно и обращаться к ним не только можно, но и нужно?

Вздыхала, соглашалась:

— Мысль правильная. Я подумаю, как это обыграть…

Со временем наши разговоры с Алексеем становились все более личными, хотя начиналось там все всегда весьма безобидно. Например, он мог сказать:

— Арина, мне очень понравилось, как ты в этом романе показала, что родители могут знать больше, чем демонстрируют. И насколько верным получилось решение ребят обратиться к ним за помощью.

Я, естественно, соглашалась, так как все это до сих пор шло у меня по живому. И воспоминания, даже через тридцать лет, были острыми и яркими.

А потом, слово за слово, мы как-то плавно перешли на обсуждение моего завершившегося брака. Совершенно случайно, да.

Началось все с истории про Костин гипс.

Я имела неосторожность в общих чертах обрисовать некоторые детали своего развода.

Ну, за это и получила… деловое предложение:

— Смотри, Ариша, получится очень здорово, если Константин не возражает. Ты могла бы обыграть эту ситуацию в следующем романе серии. Думаю, ребята будут в восторге.

Обалдеть.

Так, после согласования с сыном, я выкатила девятую книгу. У нас, так сказать, материал был животрепещущий.

Кроме юношеского максимализма, я дернула тяжелый пласт состояния детей, родители которых разводятся.

Пришлось через Фису найти психотерапевта, которая согласилась дистанционно меня проконсультировать по этому скользкому вопросу.

Почерпнула много для себя нового и интересного. А Алексей еще и оплатил этот прием:"

"— Арина, о чем речь? Это же для книги. Спасибо тебе, что ты настолько глубоко погружаешься в проблему. Я, на самом деле, в восторге. Ты не только прекрасно образованная, невероятно талантливая женщина, но и замечательная мать, а уж какой восхитительный собеседник…

Приятно, да. Но мимо. Мимо.

А потом, после явления Ромы я, с одной стороны, была удивлена собственной идее пожаловаться Алексею на приезд бывшего мужа, а с другой — ну, а с кем мне это обсуждать?

Анфиска будет ругаться страшными словами и останется ужасно недовольна тем, что я не погнала бывшего граблями, или хотя бы метлой.

Свёкры явно не те люди, с которыми нужно говорить про подобное. Подозреваю, что у них была огромная надежда, что сумасшедшая идея их сына обернётся сокрушительным успехом.

Таким образом, остался только Алексей.

— Ты не представляешь, как я обалдела, когда увидела, кто ко мне приехал.

В трубке послышался смешок:

— И чего же он хотел?

Вопить и топать ногами меня уже не тянуло, но злость все равно присутствовала:

— Не поверишь, повернуть реки вспять.