Измена. Закрывая гештальты (СИ)

А там же еще и Лерочка… — дед Коля вздыхал так душераздирающе, что я не удержалась:

— Вы ни при чем совершенно, не вздумайте себя корить… Лера уже поняла, что отец считает ее взрослой и самостоятельной.

Ой, кто это там злого медведя разбудил? Ревёт и рычит с другой стороны трубки очень впечатляюще.

— Милая, ты всегда была чудесной матерью, внимательной невесткой и хозяйственной, заботливой женой. Так что ничем не заслужила вот это вот все. И дети тоже. Ничем.

Тут я вздохнула так мощно, что Николай Романович должен был прочувствовать: как мне горько и как я сожалею…

Поэтому печально пробормотала:

— Сожалей — не сожалей, но уже так вышло, увы.

Я поговорю с Костей и Лерой и сегодня вечером, перед сном, и завтра утром. Поддержу как смогу, и постараюсь отвратить их лик от психотропных препаратов.

Помолчали.

Спокойно. Печально. С пониманием.

А затем свекор вдруг выступил с неожиданным предложением:

— Да, все разумные люди сожалеют. Сейчас сын мой теряет многое. И всего этого не вернуть с годами. Но это его выбор, поэтому мы с Таней сожалеем, но, кроме «поддержки вам» — ничего больше сейчас сделать не можем.

— Я очень благодарна Вам за эту осознанную позицию, — успела только выдохнуть.

А тут уже следующий вопрос:

— Опять мать? Придется ей утереться и потерпеть, — здесь Николай Романович хмыкнул.

— Опять. Я, если честно, уже устала, но это же мать.

Дед Коля теперь помолчал подольше, но мысль свою все же сформулировал:

— Арина, я все понимаю, но она сейчас как жернов на твоей шее. Да, Алена Ивановна дала тебе жизнь, а потом долго, изобретательно и упорно ее калечила. Ты ей ничего не должна, слышишь? Так же как и сыну моему.

Вот поверь старику, придет и на Ромкиной улице время печали.

Хихикнула, вспомнив сытую физиономию бывшего, все эти засосы и расцарапанную шею:

— Верится с трудом, но да ладно, не о том я печалюсь."

"— Ариш, прекращай печалиться. Я думаю, что адвокату надо требовать алименты на двоих детей, милая. Пусть все будет, как положено.

На этом мирно распрощались.

Я изрядно обалдела от идей свекра, хоть они с моими в кои-то веки вполне даже пересекались.

Пусть я и не сильно верила в благополучный исход, но адвокату написала: «Требуем алименты на двоих детей.

Как полагается по закону!»

Уснула после этого быстро, спала без кошмаров, а ответ увидела уже утром.

«Наконец-то. Все сделаем, Арина Егоровна, не волнуйтесь!»

И пасмурный дождливый день за окном заиграл другими красками и эмоциональной наполненностью.

Да даже давление утром после пробуждения было ничего так.

Спокойно позавтракали с сыном, который внезапно сильно уперся в учебу и ваял рефераты, сообщения, сравнительные таблицы и презентации просто вагонами.