Кай из рода красных драконов (СИ)

Кто ты такой, Ыйген, чтобы решать тут за всех?

Воин молча насупился. А вот тот, что дрался со мной на мечах, возмущённо засопел, потянул из ножен меч, а шея его опять налилась кровью.

— Успокойся, а то тебя удар хватит! — огрызнулся я и поскрёб ногтями чешущееся запястье.

На руках снова выступил кольцевой узор. Он стал ярче и даже немного светился.

Интересно, если появляется барс, значит, скоро у меня на руке выступит и его морда? Или барс — это хитрые шаманские игры, а моя «метка» будет с мордой медведя?

Не, ну я чумной. Разве призрачный медведь реальнее призрака барса?

Воин, что дрался со мной, посопел ещё, посмотрел на молодёжь — она явно была на моей стороне, и со стуком вбросил меч в деревянные ножны.

А я подошёл к волку, безвольно лежащему на траве.

Какая подлая тварь ударила зверя мечом? Тот воин, что бросился на меня? Но лезвие его меча было чистым. Значит, в ход пошёл нож?

Я начал переворачивать тушку зверя, чтобы глянуть, что там за рана — от меча или от ножа?

Он был крупнее волков моего родного мира, но гораздо меньше тех, на которых летали здешние воины. И окрас у него был немного плебейский, собачий какой-то.

Тушка оказалась тяжёлая. Я поднатужился, толкнул посильнее, и зверь сдавленно застонал.

Живой! Ах ты ж, мать твою!

— Помогите! — я обернулся к воинам. — Рану надо зашить и перевязать!

— Обряд не закончен, — строго сказал Ичин. — Знаки показывают нам, что ты — воин. Но огонь не принял тебя. Нужен обряд очищения. И твоё воинское имя тоже должно быть очищено. Ты помнишь своё воинское имя?"

"Я обвёл глазами воинов. На этот раз возражений не возникло ни у кого. Видимо, события начали приобретать предсказуемый оборот. Но имя?

Вот я попал. У Кая, наверное, было уже воинское имя? Или нет?

Наверное, нет. Майа что-то говорила про то, что он всего лишь помогал отцу.

А вот у Камая воинское имя имелось точно: мои руки и всё моё тело ощущали последствия очень серьёзных упражнений с оружием.

Могу ли я сейчас сделать вид, что вспомнил воинское имя, не помня настоящего?

Что для шамана важнее — память Кая или память его тела — неведомого юного воина появившегося непонятно откуда?

Но… Если на моих руках выступили воинские знаки Камая и их признали здесь, значит, и имя должно быть его. Имени этого я не знаю, но и шаман не знает.

Ну что ж, обойдусь своим. Уж позывной-то у меня есть. А врать лишнего, да забыть потом, что наврал…

— Кесарь, — сказал я. — Моё воинское имя — Кесарь.

Привычные звуки позывного прозвучали странно. Губам Камая чужие звуки оказались непривычны, я не смог выговорить, как надо. Вышло глухо и неразборчиво.

— Хорошо, — кивнул шаман. — Гэсар с этого дня будет нашим братом барсом. Три дня ему нельзя есть мяса. Потом он пройдёт обряд очищения и будет жить вместе с молодыми воинами.