Наследница долины Туманов

– Тебе есть что рассказать? – шепнула я. – Давай, хоть сейчас поговорим.

Обойдя стол, мачеха присела на стуле, и взяла мои ладони в свои. Сжав, положила их на подол своего старенького синего платья.

– Мы с твоей мамой были дружны в детстве. Моя старшая сестра Хэя и княжна Амэрисс считались подругами, не разлей вода. Ну, а меня, младшую, часто брали с собой на прогулки или на проказы. Я любила твою маму, как старшую сестру.

Обожала просто. Она учила меня вышивать, ухаживать за растениями, плести корзинки. Все самые счастливые воспоминания моего детства связаны с ней.

Мояла замолчала, тяжело вздохнув, а я, наконец, поняла, что двигало ею все эти годы.

– Ты стала для меня той, что когда-то была для тебя она? – спросила я, уже зная ответ.

– Да, Амэлла, да. – В её глазах стояли слёзы, но женщина, занявшая место моей мамы, улыбалась. – Когда я узнала, что сотворил князь Руско, я была в ужасе. Он взял меня в любовницы силой, как и многих до этого. Амэрисс требовала, чтобы он оставил меня в покое. Это злило твоего отца. Кто же знал, что он избавится от надоевшей семьи. Чтоб его душа горела в муках.

– Ты могла рассказать и раньше, я бы не мучилась в неведенье столько лет, – пролепетала я, смахивая с ресниц непрошенные слёзы.

– Я винила себя, Амэлла. Не знаю, в чём моя вина, но я чувствую её. Твоя мама пыталась защитить меня. Она была старше, умнее и хитрее. Но всё закончилось её смертью. Я чувствую за собой вину. И я так хочу, чтобы ты была счастлива. Ты мне родная, Амэлла, и я люблю тебя также, как любила Амэрисс.

– Мой отец своё получил, – прошипела я.

– Да, этот княжеский выродок так желал сына, что изводил меня своим контролем. А после того, что случилось с тобой, у меня случались истерика за истерикой.

Мой малыш так и не смог сделать вдох. А после я сделала свою утробу пустой. Я пила зелья. До сих пор удивляюсь, как этот малыш его обошёл. Знахарка говорит, что, видимо, у меня развивается маг жизни.

Просияв от таких новостей, я завистливо вздохнула.

– Надеюсь, северяне сдержат слово, и наша жизнь станет хоть чуточку лучше, – оптимистично произнесла я.

Мачеха засмеялась, тяжело, но искренне.

– Этот гер Каил, у него такой жуткий взгляд, – Мояла, украдкой взглянула на дверь. – Когда мы прибыли, знаешь, я молчать обо всём хотела.

Насилия ведь не было, издевались, но тронуть так и не успели. Этот Риган, он, что сама смерть. Ветром между врагов скользил, я даже не поняла, как он убил. А глаза что сапфиры.

Злобой полыхают. И Амэлла, при нём и оружия-то не было: он им горло повыдёргивал. Мгновение – и поляна усеяна мертвецами. Я в таком шоке была, а он мне всё в глаза заглядывает и шепчет, что всё будет хорошо. Что теперь со мной ничего больше не случится. Я так испугалась. А тут этот твой гер. И с расспросами, что да как.