Наследница долины Туманов

– Жизнь меняется: сейчас вы совсем непохожи на ту женщину, что я увидел по приходу сюда, – тихо признался Алеш.

– И в чём же изменения? – полюбопытствовала я.

– Вы улыбаетесь, вартеса. в глазах появился огонек жизни, – немного смущая меня, признался он, – ваше лицо светится довольством.

– Я не заметила за собой такого, – шепнула неуверенно и протянула к нему руки.

Подняв меня, Алеш быстро спустил и привычно усадил на кресло.

– Изменения во всём, даже в мелочах. В тот первый раз, когда я спускал вас со второго этажа, вы жутко испугались, оказавшись в этом кресле.

Лепетали, что вам не положено в нём находиться. А сейчас воспринимаете факт равенства с гером, как должное.

– Я неровня Каилу, – отчего-то возмутилась я.

– Равны в глазах окружающих, просто из вредности не желаете этого признавать, – отмахнулся он от меня.

Я посмеялась.

– Ну. пусть будет по твоему, – важно согласилась быть важной вартесой.

Оставив меня, Алеш поднялся за моим креслом. Было в этом молодом мужчине, что-то близкое. Я воспринимала его как родственника. И это странное и нелепое чувство преследовало меня каждый раз, как я приглядывалась к безликому.

Порой мельком я видела его истинный облик. Но признаваться в этом Каилу опасалась: он же скор на выводы.

Решит ещё, что Алеш мой избранный.

А это не так. Я чётко это ощущала. Он не чужой мне, но и не возлюбленный.

Эта загадка не оставляла меня в покое.

Вернувшись с креслом, Алеш поставил его рядом со мной.

– Комфортабельная двуколка подана, – подшутил он.

– Мы ездили в ландо, – ответила я на колкость.

Так легко с ним было, как с братом.

Глава 37

Выехав в сад через дверь для прислуги, я привычно покатила кресло по тропинке, наслаждаясь красотой цветущего сада.

Ви Алеш шёл вслед за мной, но не лез с разговорами и не мешал. Остановившись у куста смородины, сорвала листок и потёрла его пальцами.

В воздухе появился сладко – терпкий аромат.

– Вам нравится запах этой ягоды? – поинтересовался Алеш и тоже потянулся за листочком.

– Очень, – призналась я, – раньше мама всегда подсовывала в наши шкафы с вещами хвою и веточки смородины. Наша одежда пропитывалась этими ароматами.

– А теперь, что же не кладёте? Я не слышу от вас этого запаха?

– Не знаю, – я пожала плечами, – не стало мамы и Крисс, и ушла эта маленькая традиция.

– Крисс? – заинтересованно переспросил безликий.

– Моя сестра близнец, – бросив на землю листочек, я развернула коляску и поехала в сторону озера.

Алеш же стоял, не двигаясь.

– Что с тобой? – спросила я, возвращая его внимание.

– У вас была сестра близнец? – мужчина казался странно растерянным.

– Да, она умерла десять лет назад, – этот ответ дался мне с трудом, черты лица безликого словно прояснились. На меня тяжело глянули тёмно-синие очи.