Канарейка для ястреба

Ивет и Эйрин всячески пытались меня подготовить к неблагоприятному исходу. Каждая по-своему, как умела.

– Не бери в голову, не надейся, – сухо проговорила моя мать. – Это жизнь! В жизни бывает всякое. Сказки оставь в своем детстве. Ты уже выросла, и учись понимать, что не все, о чем мы мечтаем, может осуществиться! В этом чертовом мире все покупается и продается! Ты представляешь, сколько человек мечтают учиться в этой школе? А на что они могут пойти, чтобы выкупить эти места? Я уверена, что это было всего лишь шоу, а гранты эти давно уже куплены. Хватит, Адель!

Мне стало очень больно и обидно слышать подобные слова, но мама в чем-то права, она пытается меня защитить так, как умеет.

Однако я вскакиваю с места, переворачивая стул и, хлопнув дверью, ухожу к Эйрин, которая живет неподалеку. Моя нянька, подруга, названая мать… Мягкая и округлая чернокожая женщина наливает мне чай и гладит по волосам, пока я выплакиваю свои детские слезы и обиды.

– Все будет хорошо… – твердит она, расчесывая пальцами мои длинные пряди. – Это жизнь, дорогая… просто чертова жизнь иногда такое дерьмо и гниль, Ивет права, моя хорошая, она видит твои переживания. Навязчивость идеи не приведет ни к чему хорошему. Просто отпусти ситуацию и не жди. Ничего не жди. Ты сделала все, что могла. Остальное уже не имеет значения.

Я прислушалась, попыталась отвлечься.

Как же правы были эти две женщины. Жизнь действительно иногда бывает дерьмом, где нет места надеждам.

Меня готовили к проигрышу, чтобы я не слишком трагично восприняла отсутствие своей фамилии в списке победителей. До меня пытались донести, что в этом мире просто так ничего не бывает. Все покупается и продается, особенно конкурс подобного масштаба со стольким количеством конкурсантов.

Одним теплым вечером я сижу с очередной книгой на подоконнике, слегка прислушиваясь к разговору Эйрин и Ивет. Сумерки медленно опускаются, окрашивая наши трущобы в унылые цвета, темнота поглощает улицы, что кажутся пустынными и безлюдными.

Я наблюдаю за серыми домами, которые разбросаны вдоль всего квартала, нарушая при этом все возможные правила архитектуры, унылый пейзаж окончательно уродует ветхое серое здание ткацкой фабрики, что возвышается вдали. Там и работает большинство обитателей здешних трущоб, включая Эйрин и мою мать.

Устав от созерцания, я опять открываю сайт конкурса и без каких-либо эмоций проверяю, не вывесили ли список.

И каково мое удивление, когда я натыкаюсь на заполненный столбик и…… свое имя среди семи победителей?!

Увидела свою фамилию среди победителей!

В голове фейерверком взрываются мысли:

«Не может этого быть!»

«Я поступила?!»

«Надо же?!»

«Значит, конкурс был честным?!»

Я теряю дар речи, пока в голове проходит торнадо из мыслей.