Казачий князь
Руслан всегда знал, что чем больше у человека власти, тем больше ему её хочется. Так было всегда, так случилось и теперь. Они честно тянули свою лямку, рискуя жизнями и здоровьем, но кому-то там, наверху, это показалось не столь важным. Но нашлись и те, кому покой государства важнее, чем личная выгода. Так что, получив отставку в имперской службе, они, сами того не ожидая, стали контрразведкой казачьего воинства. А следовательно, Шатун теперь казачий князь…
– Пошли, – вздохнув, скомандовал Руслан, направляясь к двери.
Во дворе хорунжий быстро назначил двух дежурных для охраны пленника и, отдав им все нужные распоряжения, выдал им прихваченные из Пятигорска кандалы. Руслан, отлично понимая, что по службе у него будут пленные и что все эти люди будут иметь разные характеры, давно уже озаботился чем-то вроде наручников. Грубоватые, тяжёлые, но функцию свою они выполняли на все сто. А самое главное, вскрыть их без ключа было весьма сложно. Митрич постарался на славу.
Всего таких кандалов было изготовлено с полдюжины пар, но и это в данное время было настоящим чудом.
Мажордом ещё утром успел сообщить, что отведённые ему комнаты готовы и он может занять их в любое время. Укрепившись в мысли о том, что князь Тарханов велел оставить эти комнаты специально для него, Шатун поднялся на второй этаж и, пройдя в туалетную комнату, принялся приводить себя в порядок.
– Вечер добрый, Пётр Иванович, – поклонился он. – Прошу прощения, что вынужден был побеспокоить вас столь нежданно.
– Пустое, сынок, – поднимаясь, улыбнулся князь, раскидывая в стороны руки. – Рад тебя видеть. Как дела?
– Слава богу, – кивнул Руслан, обнимая его.
– Жаль, что так редко видимся, – вздохнул Тарханов, усаживаясь обратно в кресло.
– Служба такая, – развёл Руслан руками. – Но одного уже взяли. Теперь будем второго искать.
– Чем помочь могу? – тут же отреагировал князь.
– Человечка бы мне толкового, что город отменно знает. Глядишь, и быстрее бы управились, – задумчиво протянул Шатун.
– Есть такой. Завтра с утра пришлю, – быстро кивнул Тарханов. – Может, ещё чего потребно?
– Благодарствую, Пётр Иванович, – мотнул Шатун чубом. – Остального в достатке.
– Как Катенька твоя? – сменил князь тему.
– Да тоже слава богу. Гнездо вьёт, – усмехнулся Руслан.
– Хорошо. Коль баба взялась своё гнездо вить, значит, хорошо ей в том доме. Детей-то ждёте?
– Стараемся, – с едва заметной улыбкой кивнул Шатун.
– А у Лизаветы как? Всё ли поздорову?
– Перед самым отъездом виделись. Здорова. С Катериной моей всё по базару бегают, всякое разное покупают.
– Не скучают, значит, – с грустной улыбкой кивнул Тарханов.
– Некогда им, – осторожно пояснил Руслан, сообразивший о причине этих расспросов.

















