Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

— Письма из монастыря еще не приходили?

Почему-то я никак не мог выкинуть Ивари из головы. Наш с ней вчерашний разговор, как она на меня смотрела, как отвечала, как… Я провел рукой по лицу и сел за стол, уставился на письмо канцлеру, где за последние два часа не появилось ничего, кроме “Уважаемый лорд канцлер!”

Вчера мне показалось… что на коже Ивари я увидел метку моей истинной. От нахлынувшей на меня жажды я буквально не мог соображать, а потом — все исчезло.

Судя по всему, мне показалось, но я все равно никак не мог перестать об этом думать.

Как и о том, что ту Ивари, которую я видел вчера, я не хотел бы отпускать. Она была все той же. И совершенно другой. Наваждение какое-то. Должно быть, развод так на меня повлиял.

— Пока нет. Доберется, что с ней сделается, — отмахнулась Кэтрин, усаживаясь напротив и поправляя подол алого платья. — Такие, как она, ни в огне не горят, ни в воде не тонут.

— Напиши им сама. Хочу убедиться.

— Напишу, — кивнула она. — Ты же понимаешь, я сама заинтересована в том, чтобы твоя бывшая женушка держалась подальше от моего ребенка. Так что хотелось бы знать, что в монастыре ее держат в строгости и не отпускают далеко гулять.

Я кивнул.

Ивари терпеть не могла моего племянника, сына Кэтрин. Злилась из-за того, что у нее самой родить не получалось. Не уверен, что Ивари, сумасбродная и эгоистичная, хотела по-настоящему стать матерью. Детей она в целом никогда не любила, каждый раз, если на приемах кто-то появлялся с детьми, морщила носик, называла это ""дурновкусием"" и демонстративно отходила подальше от ""этих пиявок"".

Но она не могла смириться с тем, что у всех дети есть, а у нее — нет. А еще вбила себе в голову, что обязана подарить мне наследника, чтобы ""укрепить наш брак"".

Когда я уже собирался вернуться к письму, я почувствовал накрывшую меня с головой жажду, такую же — как вчера.

Говорят, ни один дракон не может описать, что чувствует, когда обретает свою истинную — но, с другой стороны, это ощущение невозможно ни с чем перепутать. Теперь я наконец-то понял, что имелось в виду.

Я вскочил, чувствуя, что по моим венам буквально бежит огонь.

Моя истинная. Моя женщина.

Метка на ее коже горит и зовет меня — но она не здесь, далеко отсюда.

— Алан? — позвала Кэтрин. — Алан, что с тобой?

Я вылетел из кабинета, изо всех сил удерживаясь от обращения в драконью ипостась.

Я должен ее найти.

Немедленно.

Она же моя. Найти.

Я перекинулся во вторую ипостась, едва выйдя за калитку особняка. Взмыл в воздух и стал набирать обороты.

Она, моя истинная, была далеко, очень далеко. Сто миль, а то и больше.

Я летел и летел, загребая воздух огромными крыльями, жалея, что не могу ускориться еще немного. Все, что я перед собой видел, — мигающий красный огонек, который гнал меня куда-то вперед.