Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Николай Михайлович Пегов, который на тот момент даже не являлся депутатом Верховного Совета СССР, был назначен секретарём Президиума Верховного Совета СССР, то есть вторым человеком в высшем органе государственной власти СССР, где стал правой рукой нового «президента» страны маршала К.Е.Ворошилова. Николай Григорьевич Игнатов был направлен в Ленинград, где вскоре его избрали первым секретарём горкома и вторым секретарём обкома партии, который возглавлял давний маленковский ставленник Василий Михайлович Андрианов. Наконец, мнимый «сталинский преемник» Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко был назначен с таким же явным понижением главой Министерства культуры СССР. Правда, при этом он пока остался на посту заместителя председателя Совета Министров СССР и временно сохранил членство в Президиуме ЦК КПСС.

Вместо перечисленных персон, как считают ряд историков (Ю.Н.Жуков, М.А.Даниленко[18]), в состав обновлённого Секретариата ЦК ввели прямых ставленников Г.М.Маленкова, являвшихся проводниками его взглядов и его политического курса. Семёну Денисовичу Игнатьеву, утратившему должность министра МГБ СССР, как новому секретарю ЦК доверили курировать ряд ключевых отделов ЦК, в том числе Отдел административных органов, который традиционно «опекал» Министерства обороны, внутренних дел, юстиции, Генеральную прокуратуру СССР и Верховный суд СССР. Петру Николаевичу Поспелову, который заменил Н.А. Михайлова в роли главного партийного идеолога, доверили кураторство сразу над шестью Отделами ЦК — пропаганды и агитации, художественной литературы и искусства, философских и правовых наук, экономических и исторических наук, науки и вузов, а также школ. Наконец, Николай Николаевич Шаталин как новый секретарь ЦК сохранил за собой важнейший пост заведующего Отделом по руководству делом подбора и распределения кадров во всех партийных, общественных и государственных органах.

Как уже писалось, формально был поднят и статус Никиты Сергеевича Хрущёва, которого переместили с поста первого секретаря Московского обкома партии, в то время стоявшего над одноимённым горкомом партии, и «признали необходимым», чтобы он полностью «сосредоточился на работе в Центральном Комитете». Де-факто Н.С.Хрущёв стал вторым секретарём ЦК, однако при столь серьёзно изменённом составе Секретариата ЦК, в окружении новых «коллег», которые неизбежно стали согласовывать все важнейшие решения лично с Г.М.Маленковым, он потерял реальную возможность проявлять присущую ему самостоятельность и вынужденно занялся сугубо организационными вопросами.

По мнению ряда современных авторов (Ю.Н.