Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Руденко «разработать порядок работы» этих комиссий[331]. В соответствии с принятым решением члены комиссий (или «тройки») были «командированы в лагеря» и от имени Президиума Верховного Совета СССР наделены правом «рассмотрения дел лиц, отбывающих наказание за преступления политического характера и должностные преступления, и решения на месте вопроса об их освобождении»[332].

Наконец, на следующий день, 31 января 1956 года Н.С.Хрущёв инициировал отставку министра внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н.Круглова, который много лет был заместителем Л.

П.Берии, а затем руководил этим министерством более десяти лет. Опального министра временно «сослали» на должность зам. министра строительства электростанций, а новым главой МВД СССР стал давний хрущёвский соратник по Московскому горкому, который с декабря 1954 года пребывал в должности зав. Отделом строительства ЦК, — Николай Павлович Дудоров."

"Между тем 1 февраля 1956 года состоялось очередное заседание Президиума ЦК, в ходе которого де-факто впервые был поставлен вопрос «о возможности рассмотрения на XX съезде партии вопроса о культе личности Сталина»[333].

Существует устоявшееся представление, что в ходе состоявшейся дискуссии чётко обозначились две группировки внутри Президиума ЦК по данному вопросу. Дескать, члены первой группировки в составе трёх его старейших членов — В.М.Молотова, К.Е.Ворошилова и Л.М.Ка-гановича — крайне резко выступили против отдельного доклада, смакования темы репрессий и всячески пытались настоять на том, чтобы в Отчётном докладе ЦК была подчёркнута особая роль И.В. Сталина как «великого продолжателя дела Ленина», ставшего во главе строительства социализма в СССР. Их же оппоненты, среди которых особой активностью отличались сам Н.С.Хрущёв, Н.А.Булганин, М.А.Суслов и А.И.Микоян, напротив, выступили за подготовку отдельного доклада, который должен был поведать партии «жуткие вещи» и «горькую правду» о страшных сталинских репрессиях. Однако это не совсем так. Во-первых, судя по протокольной записи этого заседания[334], среди трёх старейших членов высшего партийного ареопага однозначную позицию защиты усопшего вождя занял только В.М.Молотов. Во-вторых, активную поддержку Н.С.Хрущёву, заявившему, что «не марксист» И.В.Сталин «уничтожил партию» и стёр «всё святое, что есть в человеке», оказали и другие члены высшего руководства, в том числе М.З.Сабуров, А.Б.Аристов, М.Г.Первухин и даже Г.М.Маленков. В-третьих, в практической плоскости вопрос о подготовке отдельного доклада, по сути дела, не обсуждался и пока что речь шла сугубо о содержательной стороне дела, о необходимости, как заявил Н.С.Хрущёв, «усилить обстрел культа личности».