Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

В данном случае речь идёт о выступлении президента США Дуайта Эйзенхауэра с его знаменитой речью «Шанс для мира», произнесённой им в Конгрессе США 16 апреля 1953 года, и выступлением премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля в Палате общин 11 мая 1953 года, в которой он вновь призвал к неофициальным переговорам на высшем уровне; о содержательной беседе В. М. Молотова с британскими послом Г.Га-скойнем и бывшим министром торговли Г. Вильсоном, которая состоялась 21 мая 1953 года; и наконец, о «личном секретном послании» У.Черчилля В.М.Молотову[616], которое затем было разослано всем членам высшего руководства, прежде всего Г.

М.Маленкову, Л.П.Берии и Н.С.Хрущёву.

В последнем документе речь шла о возможной встрече на Бермудах лидеров США, Великобритании, Франции и СССР, а также о двусторонней англо-советской встрече в верхах. Однако из-за болезни У. Черчилля и очередного правительственного кризиса во Франции такая встреча состоялась только в декабре 1953 года, и то без участия Г.М.Маленкова, поскольку на совещании трёх заместителей министров иностранных дел ведущих западных держав, прошедшем в Вашингтоне 10–14 июля 1953 года, идею встречи глав правительств четырёх великих держав отклонили и приняли решение о возобновлении работы Совещания министров иностранных дел (СМИД) США, Англии, Франции и СССР по германскому и австрийскому вопросам, которая по факту прекратилась ещё в период Первого Берлинского кризиса и создания ФРГ в мае 1949 года[617].

Надо сказать, что сама идея возобновления работы СМИД первоначально не встретила большого энтузиазма в советском руководстве, что зримо видно из анализа четырёхмесячной переписки между Госдепом США и МИД СССР[618].

Более того, выступая с заключительным словом на июльском Пленуме ЦК, Г.М. Маленков, акцентировав старый марксистский тезис о неизбежном обострении отношений между коммунизмом и капиталом, предостерёг против любых проявлений слабости и колебаний во внешней политике и заявил, что «мы пойдём на переговоры с империалистами, на так называемые совещания, но без каких-либо предварительных условий» и «не допустим односторонних уступок» с советской стороны. И только спустя месяц, 8 августа 1953 года, выступая на 5-й сессии Верховного Совета СССР, Г. М.Маленков вернулся к собственной мартовской речи на сталинских похоронах и недвусмысленно высказался в пользу необходимости решения всех спорных вопросов путём дипломатических переговоров, вновь заявив, что Советский Союз выступает «за мирное сосуществование между двумя системами». Причины столь резкого и быстрого разворота маленковской позиции историки объясняли по-разному, но, вероятнее всего, правы тех из них (Н. И. Егорова, Ю.Н.Смирнов, Д.