Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Даллес, но и все крупные республиканские идеологи всячески стремились предложить «трумэновской доктрине» реальную альтернативу, носящую исключительно наступательный характер, которая очень скоро и оформилась в новую, вполне официальную доктрину «отбрасывания коммунизма», иногда именуемую также доктриной «освобождения».

Впервые ключевые идеи этой доктрины были сформулированы в мае 1952 года в известном новостном журнале Life в статье «Политика смелости», автором которой как раз и был один из лидеров республиканской партии Джон Фостер Даллес, возглавлявший тогда очень влиятельный Совет по международным отношениям.

Суть его программной статьи состояла в том, что на все страны социалистического лагеря, прежде всего на СССР, необходимо постоянно оказывать крайне жёсткое давление посредством реальной угрозы применения массированного ядерного удара в любой подходящий для этого момент. Таким образом, автор этой статьи предлагал «политикой страха» сковать активность всех государств восточного блока и заставить их высшее руководство изменить свой политический курс и навсегда отойти от союза с СССР. Ярким примером подобной стратегии, на который сослался сам Дж. Даллес, был всем известный советско-югославский конфликт, ставший, по его мнению, самой блестящей иллюстрацией высокой и реальной продуктивности политики «отбрасывания» СССР вглубь Евразийского континента, как можно подальше от Западной Европы, Балкан и Ближнего Востока.

Основные положения этой доктрины уже в июле 1952 года нашли отражение в предвыборной платформе республиканской партии, созданной при активном участии Дж. Даллеса. В ней выражалось намерение «всемерно способствовать подлинному освобождению порабощённых народов Восточной Европы», так как политика Администрации президента Г.

Трумэна на восточноевропейском направлении была названа «бесплодной и аморальной», поскольку «оставляла огромные массы людей во власти деспотизма». Ради достижения этой цели не исключался даже пересмотр Ялтинских соглашений, которые расценивались им как уступка мировому коммунизму.

Между тем уже в конце августа 1952 года к «освободительной» риторике на съезде американского легиона в Нью-Йорке прибегнул и сам Д.

Эйзенхауэр, который заявил, что случае его избрания США используют всё своё «влияние, силу и мощь, чтобы помочь народам стран-сателлитов сбросить «ярмо русской тирании»». Кроме того, он особо подчеркнул, что США не признают и никогда не признают советскую оккупацию Восточной Европы и что американская помощь «порабощённым народам» будет оказываться вплоть до полного их освобождения. Как считают ряд историков либерального толка, в частности А.С.Стыкалин и М.Ю.Чуканов[636], бывший госсекретарь Г.