Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Семёнова, где прямо говорилось, что после ратификации западногерманским бундестагом Парижского (1951), а затем Боннского (1952) договоров движение за единую Германию в западногерманских землях явно пошло на убыль, поэтому прежняя позиция руководства СССР по германскому вопросу уже не отвечает новым реалиям и требует существенного изменения[93]. В этой ситуации именно Москве следует самой инициировать вывод всех оккупационных войск, причём не через год после подписания мирного договора с единой Германией, а сразу после создания нового общегерманского правительства, которое должно будет оперативно подготовить и провести подлинно свободные выборы в общегерманский бундестаг без какого-либо иностранного вмешательства."

"Как считают ряд историков (Н.Н.Платошкин), 27 мая 1953 года состоялась очень жаркая дискуссии по данному проекту на заседании Президиума ЦК, по итогам которой было принято секретное Постановление Совета Министров СССР «О мерах по оздоровлению политической обстановки в ГДР». Однако в отличие от мидовского проекта в данном Постановлении полностью отсутствовала какая-либо самокритика и вся вина за создавшееся положение возлагалась исключительно на вождей СЕПГ. Причём, по мнению тех же авторов, преамбула этого документа с большой долей вероятности была составлена самим Л.П.Берией, поскольку в ней точь-в-точь воспроизводилась информация его прежней записки от 6 мая 1953 года. Кроме того, в тексте данного Постановления ничего не говорилось «о напряжённом пятилетием плане» и необходимости его корректировки, однако в целом руководству ГДР предлагалось отказаться от ускоренных темпов строительства социализма и прекратить прежнюю политику вытеснения буржуазных элементов из всех сфер экономики страны. Отдельно была затронута и тема евангелической церкви, притеснение которой было также названо «серьёзной ошибкой» гэдээровских властей.

Гораздо позднее В.М.Молотов и Н.С.Хрущёв в своих воспоминаниях[94] утверждали, что на заседании Президиума ЦК, где обсуждалось положение дел в ГДР, произошла их яростная схватка с Л.П. Берией, который предлагал отказаться от строительства социализма в ГДР. Однако он не был поддержан остальными членами высшего руководства страны, выступавшими лишь против «ускоренных темпов» строительства социализма, но не против самого курса на социализм, принятого на II партконференции СЕПГ. Вероятно, так оно и было в реальности, поскольку сам Л.П. Берия уже после ареста в своём первом «покаянном» письме Г.М.Мален-кову писал о том, что при обсуждении германского вопроса с его стороны дело дошло «до недопустимой грубости и наглости… в отношении товарищей Хрущёва Н.С. и Булганина Н.А.»[95]

Тогда, как считает тот же Н.Н.