Клетчатая зебра

Пока Фурыкина заказывала закуски, первое, второе, третье, четвертое, пятое и десятое, я молчала, но когда она с вожделением потребовала: «Пузырь перцовки», я вмешалась в процесс:

– Спиртного мне не надо.

– Я что, во сне про шампусик слышала? – скривилась тетка.

– Нет, я готова купить вам бутылку любого пойла, но после беседы, – категорично заявила я.

Светлана Михайловна неожиданно не стала спорить:

– Лады, договорились.

Я попыталась начать интервью:

– Скажите…

– Сначала пожрать надо, – возразила нахалка. – На голодный желудок нормальные люди не беседуют!

Мне пришлось терпеливо ждать, пока она уложит в себя огромное количество заказанной еды и закурит вонючую дешевую сигарету.

– Вот теперь спрашивай, – милостиво разрешила она.

– Вы Фурыкина Светлана Михайловна?

– Не! Я Светлана Михайловна Попова, – уточнила пособница маньяка.

– Верно, вы стали ею после отбытия заключения, – терпеливо продолжала я.

– Я всегда была Поповой, – уперлась баба.

Я ввязалась в глупый спор:

– Нет. Попова ваша девичья фамилия. А Фурыкиной вы стали, выйдя замуж за Алексея Трофимовича.

– Ты че? В загс я не ходила, детей не имею, – нагло соврала мне в глаза Светлана Михайловна, – закажи чаю. Хотя, нет, здесь крепкий не заварят, бурду принесут. Тогда лучше кофе!

– Как вам не стыдно! – возмутилась я. – Поели, получили задаток, а теперь не хотите разговаривать? Лучше не прикидывайтесь дурочкой, а то…

Светлана Михайловна растянула в улыбке силиконовые губы, обнажив белые искусственные зубы."

"– А то что? Ты меня не пугай! Я маленькая, да жилистая, не с такими в отряде справлялась. Никогда не была Фурыкиной! Не имею к маньяку никакого отношения! Да, я сидела, не отрицаю, мотала срок за воровство, торчала на игле и за дозу на все готова была. Но детей не мучила!

Я укоризненно посмотрела на бывшую убийцу.

– Молодец, вы меня обманули, пообедали за мой счет, получили немного денег и довольны. Наверное, решили, что я из газеты? Хочу сделать сенсационное интервью с подельницей педофила? Ошибаетесь. Вашей дочери угрожает опасность, а внучку, о которой небось вы и не слышали, на днях убили, и, похоже, это месть родственника одной из жертв Фурыкина. Если я его не остановлю, то все закончится очень плохо. Но вам, кажется, без разницы, что случится.

– Эй, погоди! – занервничала Светлана Михайловна. – Я Попова!

– Да я уж поняла, – отмахнулась я.

– Фурыкина на зоне померла, – нагло соврала тетка. – Мы в одном отряде числились, она о себе кой-чего рассказывала, но я мало что помню, мимо ушей ее сказки пропускала!

Я сдвинула в сторону пустую посуду, навалилась всем телом на столик и попыталась заглянуть лживой бабе в глаза.