Клетчатая зебра

Некто очень хочет причинить Савельевой как можно больше боли. Почему? Кому она досадила? Кто так ненавидит мою подругу?

На парковке нашлось свободное местечко, и я удачно впихнула свою малолитражку в просвет, продолжая размышлять. Кто бы ни был этот человек, он уже совершил две ошибки: показал, что знаком с порядками в клинике и знает о недавно организованной трансляции, и обозлил меня до крайности. Я не могу оставить безнаказанным мерзавца, который, задумав причинить боль Вере, расправился с ни в чем не повинной Иришкой.

Вы считаете, что я усложняю ситуацию? А вот я так не думаю. Убийца мог лишить жизни старшую Савельеву, не трогая подростка? Мог. Но только нет более страшного горя для матери, чем узнать о кончине ребенка. А Вере пришлось пройти через этот кошмар дважды. Кто же так ненавидит Савельеву? По какой причине?

Хоменко отличный специалист, если она утверждает, что Иришка погибла от кровоизлияния в мозг, то так оно и есть. Но я сейчас уверена – девочку убили. Кто? Зачем? Как можно вызвать разрыв сосуда, не применив ни грубую физическую силу, ни мощную химию? На теле Иры нет следов насилия, токсикология практически чистая, в крови не обнаружено ничего, кроме умеренного количества алкоголя.

У меня нет ответов ни на один вопрос. Пока нет. Но я их непременно найду.

Глава 11

Веры в палате не оказалось.

– Она в реанимации, – с сочувствием сообщила медсестра. – Инфаркт, состояние тяжелое. На мужа смотреть страшно, черный весь. Хотели его спать уложить, но он поехал заниматься похоронами дочери.

Я отошла к окну и попыталась соединиться с Андреем. Трубку долго не брали, затем послышался шепот:

– Алло.

– Можно Андрея? – попросила я.

– Он не подойдет, – по-прежнему очень тихо ответила женщина. – Извините, если вы его клиент, господин Савельев временно не работает. У него горе – дочь умерла.

– Меня зовут Даша Васильева, – представилась я, – хочу помочь Андрюше.

Дама неожиданно повеселела:

– Дашута! Ты меня не узнала?

– Простите, нет, – вынуждена была сказать я.

– Ну да, целый год не общались, легко забыть. Я Лида Горелик.

Мне показалось невежливым удивляться. Я уже сообщала, что Вера растеряла почти всех старых друзей. Лида Горелик из их числа. Когда материальное положение Верочки стремительно изменилось в лучшую сторону, прежние подружки ушли в тень. Катя Суркина, Неля Хруч, Нина Косина, Рита Саркисян – все нашли повод надуть губу и прекратить отношения. Вера очень переживала. Она-то старалась дать понять приятельницам, что по-прежнему их любит. Но те ей не верили.