Ключ Гермеса Трисмегиста

 — Я не вижу здесь серьезных людей, я вижу двух недоносков, которые попусту поминают Венеру Лабитину! Вижу двух жалких шутов!

— Да кто ты такой? — Верзила оскалился, грозно вращая своим единственным глазом. — Покажись, коли ты не трус!

— Это всего лишь я, — ответила темнота, — точнее, мы, мы с Малышом!

С этими словами из темноты появился рослый человек в плотно запахнутом черном плаще. Рядом с ним шла огромная, черная как ночь собака.

— Это всего лишь мы с Малышом! — повторил незнакомец, и в его руке появилась железная, усаженная шипами дубинка.

Черный пес приоткрыл пасть и негромко, грозно зарычал. Его рычание напоминало отдаленный звук грозы.

— Думаешь, я испугаюсь твоей собачонки? — проговорил одноглазый, но в голосе его не было прежней уверенности. — Пускай она гоняется за котами на Квиринале…"

"— Думаю, ты уже испугался, одноглазый! — спокойно проговорил человек с собакой. — Эти места — мои места, и ночь — это мое время… наше с Малышом. Если ты хочешь умереть — мы тебе поможем… поможем с большим удовольствием!

— Бежим, Септимий! — подал голос коротышка, приятель одноглазого. — Это Хозяин ночи! Бежим, пока мы живы!

С этими словами коротышка, спотыкаясь и оглядываясь, припустил в сторону кладбища.

— У тебя умный друг! — усмехнулся человек с собакой. — Он принял правильное решение! Советую тебе последовать его примеру, пока не поздно!

— Я никого не боюсь! — огрызнулся одноглазый, размахивая своим посохом. — Я ни перед кем не отступаю! Я не отступил перед злобными варварами царя Югурты, не отступлю и перед тобой с твоим щенком!

— Ты слышал этого идиота, Малыш? — обратился незнакомец к своей собаке.

Собака негромко рыкнула и вдруг молниеносно прыгнула вперед.

Одноглазый не успел даже пальцем пошевельнуть, как огромный черный зверь свалил его с ног, наступил лапами на грудь и схватил зубами за горло.

— Ты все еще пыжишься от гордости, одноглазый кретин? — насмешливо проговорил хозяин собаки. — Ты все еще не понял, кто здесь хозяин? Ты хочешь, чтобы Малыш сомкнул свои челюсти?

— Нет, господин… — прохрипел одноглазый в ужасе, — прости меня… убери своего зверя…

— Так и быть, я тебя отпущу! Но запомни, если я еще раз увижу тебя ночью на этих улицах — ты не отделаешься так легко, клянусь Венерой Лабитиной! Ты меня понял?

— Я тебя понял, господин, и запомнил твои слова! Я буду помнить их до конца своей жизни, клянусь Марсом Аретинским!

— Малыш! — повелительно проговорил хозяин собаки.

Пес неохотно соскочил с поверженного врага, захлопнул пасть и отошел в сторону. Одноглазый, кряхтя, поднялся на ноги и припустил вслед за своим более смышленым приятелем. Пес проводил его разочарованным взглядом.

Наступила тишина.