Контракт на невинность

Хазар, шикнув, с тем же мерзким хрустом вправляет пальцы, а я сглатываю тошноту, подкатившую к горлу. Правда, она не уплывает далеко. Встает где-то посреди, пока меня потряхивает.

— Можешь идти.

— Приятного вечера, — голос Хазара пропитан ядовитым сарказмом. Он поднимается с пола, и я могу видеть только его ноги. После чего он уходит, оставив меня с монстром наедине.

Дьявол, мне страшно, как никогда, но больше не из-за Камиля: за свое здоровье я не так боюсь, как за сохранность сестры.

Мне показалось не самой ужасной идеей поселить ее в той квартире: после района-то, в котором я жила, где нельзя даже иногда днем пройти без эксцессов, посвистываний вслед, не встретив пьяных подростков, или шприц, валяющийся возле окна в подъезде… Новое место показалось мне раем. Там было чисто, тихо и благополучно.

Единственный минус — Хазар. Но я думала, что мне удастся с ним договориться. В конце концов, он вроде неплохо относился к детям. Так мне показалось сперва.

Теперь я знаю, что если в моей жизни появляются минусы, вроде Камиля или Хазара — они будут жирными, заметными и перевешивать все плюсы.

— Какого хрена ты залезла под стол? — слышу я голос Камиля и вздрагиваю.

— Не хотела попасться под горячую руку, — тихо отвечаю я и слышу усмешку.

— Твою мать. Вылезай. Ты реально думаешь, что с тобой я буду разговаривать так же, как и с ним?

Я медленно, и все еще неуверенно выползаю из-под стола и выпрямляюсь. Камиль стоит прямо передо мной, и я чувствую его запах. Тот, которым он везде меня словно клеймил в нашу первую ночь. Проваливаясь в полудрему уже дома, я видела сны с ним. Все из-за того, что мне не удалось смыть до конца этот запах с кожи. Он все равно тонко пробивался через мой любимый гель для душа, словно напоминая, что все изменилось. Я кому-то принадлежу. Я больше не просто никому не нужная девчонка, к которой ни разу не прикасался мужчина.

— Вообще, ты меня достаточно больно схватил за шею, — тихо произношу я, и взгляд Камиля поднимается выше моих обнаженных ног в облегающей юбке. Убийца берет меня за подбородок и поднимает лицо, посмотрев на шею.

— Я прижал тебя легко. Чтобы ты не дергалась.

— Мне этого хватило…

— Ты хрупкая, — его взгляд снова задумчиво скользит по моему телу, когда он это произносит, — обычно я это делаю жестче.

От этого меня пробирает холодом. Я сразу понимаю, о чем он говорит. Не о наказаниях. Не о ситуациях, когда ему нужно опрокинуть кого-то на стол для устрашения и серьезного разговора.

Я уверена, что могу быть с ним? Я ведь уже не девочка, с которой надо обращаться медленно и аккуратно. Что… черт. Я не могу об этом думать. Меня уже все пугает. Какое счастье, что у меня критические дни. Хотя, этого убийцу они особо не останавливают. Его держит только мое ""нет"" — и спасибо на этом.