Корона Мышки-норушки
Если мужчина о тебе не вспоминает, возьми у него в долг большую сумму денег и не отдавай ее вовремя. Да и ты вряд ли будешь спать спокойно, если кто-то исчезнет с твоими драгоценностями. В этом убедился Иван Подушкин, когда к нему в офис пришла Ирен, соседка и мама лучшего друга сыщика. Она попросила его найти цветок-убийцу. Подушкин решил, что дама шутит, но нет, все оказалось очень серьезно. Ирен рассказала о трагедии своей подруги Инны Волковой. Однажды на день рождения ее невестки Кати явилась знахарка Горгона, подарила цветок в горшке и сказала, что если тот завянет, Катя умрет. Спасти ее сможет только Горгона. Цветок завял, а невестка исчезла вместе с драгоценностями Инны. Теперь соседка просит найти Горгону, Катю, а заодно и украшения. Открывшаяся в процессе расследования правда шокировала даже Ивана: ни одному мужику никогда не придет в голову то, до чего вмиг додумается женщина, если обидеть ее любимого мужа…«Донцова невероятная работяга! Я не знаю ни одного другого писателя, который столько работал бы. Я отношусь к ней с уважением, как к образцу писательского трудолюбия. Женщины нуждаются в психологической поддержке и получают ее от Донцовой. Я и сама в свое время прочла несколько романов Донцовой. Ее читают очень разные люди. И очень занятые бизнес-леди, чтобы на время выключить голову, и домохозяйки, у которых есть перерыв 15—20 минут между отвести-забрать детей». – Галина Юзефович, литературный критик.
– А в случае, когда рабочий сообщил меньшую сумму, как действовать? – не умолк Боря.
– Такого еще не случалось, – заявила тетушка, – семьдесят пять тысяч ниже минимального. Но вдруг, чисто теоретически, если вам объявят семьдесят четыре тысячи, то наша фирма непременно вернет свой долг в течение двухсот семи суток со дня поступления от вас заявления о переплате. Нам чужого не надо. Вот квитанция, прямо сейчас идите в банк, не задерживайтесь! С вас десять тысяч ровно.
– За что? – спросил я.
– Составление договора, юридическая консультация, ответы на многочисленные вопросы, – начала загибать пальцы Милочка.
Я подумал, что лучше не спорить, тогда мы избавимся от тетеньки. Та же мысль, похоже, пришла в голову и Боре, он кивнул.
– Мне наличными, – промурлыкала юрист.
– Сейчас принесу, – пообещал Борис и вышел.
– Можете пока составить расписку, – сказал я.
– Какую? – заморгала дама.
– О получении денег, – объяснил я.
– Вы первый, кому такое в голову пришло, – возмутилась Милочка. – Экий недоверчивый мужчина.
В комнату вернулся Боря с портмоне, он протянул Милочке две купюры и попросил:
– Оставьте расписку.
– Еще один! – покраснела тетушка. – Не зря вы вместе живете. Два сапога пара! Что с людьми творится? Куда подевались доверие, интеллигентность? Откуда у нас взялось буржуазное почитание денег? Требование расписок? Честного слова вам недостаточно? Вообще две копейки, которые я от вас сейчас получила, – мой гонорар за службу. Дальше он никуда не пойдет. Всегда знала, если мужик не женат, значит, он так ужасен, что даже самой противной бабе не нужен!
– Простите, Иван Павлович, – смутился Боря, когда мы наконец остались в своей компании – мне сайт этой фирмы подсказали в соцсети, очень хвалили. Ни словом не упомянули, что надо долго заполнять документы, о предоплате не сообщили.
– После визита Милочки у меня возникло желание поставить нашим тараканам блюдечки с вкусным угощением, подружиться с насекомыми, выпивать с ними перед сном малую толику арманьяка, разрешить прусакам гулять по квартире, но только по ночам и не заглядывая в спальни, – высказался я, – эту фирму вычеркиваем из контактов. Завтра я съезжу в специализированный магазин, там должны посоветовать какой-нибудь спрей. Но сначала загляну в лавку «Сан Саныч»."
"– Это сеть, – объяснил Боря, – головное предприятие находится на Морозовской улице, при нем лавка. Всего двенадцать точек в столице и столько же в Подмосковье.
– Надеюсь, удастся найти того, кто хорошо знает Екатерину и может сообщить, где она спряталась, – вздохнул я. – Пошли домой, уже поздно.
Глава шестнадцатая
– Екатерина Брониславовна к нам никогда не заходит, – испугалась женщина за прилавком.
– Мне сказали, что она здесь работает, – улыбнулся я.
















