Корсар

— Никак нет, господин полковник! — бодро рявкнул Мефодий Поленов, вперившись в меня честными голубыми глазами, в которых интеллект не рассмотришь даже с помощью микроскопа.

— Когда будешь писать доносы, уточняй у меня непонятные моменты, чтобы не вышло недоразумение, а то одного из нас повесят, особенно тебя, — предложил я."

"— Так и сделаю! — заверил он, не поняв, что опровергает предыдущее свое показание.

— И не ори, как голый в бане, — приказал я.

— А я в бане не ору, — удивленно и, наверное, поэтому тихо произнес поручик.

— Вот и мне говори нормально, я не глухой, — заверил его.

Кстати, семнадцать бань (отдельно офицерскую и почти вплотную друг к другу шестнадцать — по одной на эскадрон — солдатские) на берегу Яузы — первое, что простроили для полка.

Новобранцы начали поступать, когда казармы еще не были готовы, поэтому первым делом освоили строительные специальности, в основном переноску и распиливание бревен. Когда набрались все две тысячи, я приказал построить солдат на плацу — части выгона, засыпанного песком, а сверху — гравием. Выехал к ним на коне, чтобы смотрели на начальство снизу вверх, и толкнул речь.

Понимал, что оказались эти люди здесь не по своей воле. Надо было отсеять тех, кому армейская служба противопоказана не по здоровью (все прошли продвинутую по нынешним меркам медкомиссию), а по морально-волевым качествам, и мотивировать остальных. В отличие от них, я знал, как нелегко будет солдатам в ближайшие месяцы во время учебы и еще труднее — на войне.

— Первое время вам будет тяжело, потому что будете учиться всякой, казалось бы, ерунде. В бою поймете, что учили вас нужному, что эти знания и умения спасут вам жизнь. Так что верьте своим офицерам и сержантам.

Они прошли через все то, что предстоит вам. И у вас будет возможность стать офицерами. Местничества отменяется. Каждого будут ценить по заслугам его, а не предков. Царь собирается ввести такой порядок, что человек любого сословия, дослужившийся до офицера, получит личное дворянство, а до старшего офицера — потомственное. Само собой, с чинами придут и деньги, и вотчины, — посулил я и решил сыграть на слабо: — Я считаю, что лучше иметь мало хороших солдат, чем много плохих. Мне нужны сильные и смелые, настоящие мужчины, воины. Кто знает, что он баба, что в бою струсит и сбежит, пусть удирает сейчас. Оставляйте казенное имущество и идите, куда хотите. В розыск подам через неделю. За это время успеете добежать до Дона, откуда выдачи нет, а самые резвые — до Сибири, откуда выдавать нет смысла, там еще хуже. Только вот от судьбы все равно не убежишь. Кому суждено умереть, тот умрет. Или в бою, как герой, или на плахе. Так что решайте, а если останетесь, не ропщите.

Сбежало всего двадцать шесть человек, в основном сыновья священников.