Корсар

После второго залпа шведские солдаты ломаются психологически, бросают строй и бегут к лесу. Полковник кричит, пытаясь остановить их, но не долго. Подогнав коня шпорами, скачет вместе с другими уцелевшими офицерами полка вслед за удирающей конницей, которую преследуют казаки. За солдатами его полка начинают охоту наша конница, мои драгуны и Бауэра и Вердена. До леса удается добежать паре сотен или чуть больше. Там за ними гоняться никто не хочет. К тому же начались вечерние сумерки, а надо еще и трофеи собрать.

Мои драгуны рассыпаются по полю боя. Курильщики ищут в первую очередь табак и трубки, а потом и то, что интересует всех — деньги и изделия из золота и серебра: кольца, цепочки, медальоны… Такое можно заныкать, а потом продать маркитантам. Трофейное оружие, амуницию и лошадей придется сдавать. Война теряет для солдата большую часть своей привлекательности. Наваривается в случае победы только государство. Зато солдатам теперь не надо тратиться на вооружение и обмундирование.

47

Мы простояли у мызы Гуммельсгофе три дня. Хоронили своих и чужих, собирали и подсчитывали трофеи. В сражении погибло около пяти с половиной тысяч шведских солдат. Сколько точно — никто особо не считал. Пленные шведы вырыли несколько глубоких ям, в которые покидали трупы без счета и засыпали землей. Наши прикинули, что удрала примерно тысяча с небольшим. Вычли три сотни попавших в плен — и получили нужную цифру. Также мы захватили всю их артиллерию, обоз и двадцать одну расшитую тряпку под названием знамя. Наших погибло чуть более четырех сотен, и около тысячи раненых. Среди погибших любимец Шереметева, командир пехотного полка Лим. Захваченный обоз пришлось сдать интендантам, зато шведских лошадей поменяли на своих. У врага лошади крупнее и, как следствие, скачут быстрее. Теперь мой полк выглядел круче остальных драгунских.

Остатки армии генерал-майора Шлиппенбаха усилили гарнизоны в Пернау, где спрятался он сам, Дерпте и Риге. Сидели там тихо, не делая вылазок. Наша армия разделилась на несколько колонн и принялась грабить и жечь оставленную без защиты территорию. Петр Первый приказал уничтожить все, подорвать экономическую базу шведской армии. Он еще не догадывается, что эта территория вскоре станет частью Российской империи.

Мой полк следует по Рижской дороге. Эскадроны уходят влево и вправо, захватывая мызы и деревни. Все ценное забираем, дома и хозяйственные постройки сжигаем, скот и крестьян, за исключением стариков, угоняем. Крестьянок можно насиловать, чем мои драгуны усиленно занимаются всё свободное время. Богатых ливонцев арестовываем до уплаты выкупа. Треть всей добычи достается мне. Из своей доли я отдаю треть генерал-фельдмаршалу.