Корсар

Дверь открыла служанка — пожилая женщина с таким морщинистым лицом, словно занимается разведением шарпеев.

— У меня работа для миссис Грей, — сказал я и, чтобы объяснить деловой визит в выходной день, сообщил: — До завтра не могу ждать, уеду вечером по делу, а к возвращению документы должны быть готовы.

Мисси Грей приняла меня в маленькой проходной комнате на втором этаже, из которой вели двери в еще две комнаты. В проходной стояли небольшой прямоугольный стол, четыре стула и этажерка с безделушками из гипса и двумя морскими раковинами. Стены оббиты ситцем с желто-красными цветочками.

— Что вам надо переписать? — спросила она, сев на стул за столом и показав мне на другой напротив.

— Пока ничего, — ответил я. — Сказал так потому, что не хочу, чтобы служанка знала истинную цель моего визита.

— А какая истинная цель? — настороженно спросила вдова.

— Хочу нанять твою дочь служанкой, — ответил я.

Англичане уже распрощались с «вы» (vois), перешли на «ты», хотя русские будут упорно считать, что в Британии отказались именно от «ты».

— Мою дочь — служанкой?! — наигранно удивилась миссис Грей.

— Именно так, — ответил я. — Без приданого ее замуж достойный человек не возьмет, а я буду платить по шестьдесят шиллингов (два шиллинга — один ливр) в месяц. Плюс она сможет перевозить по тридцать фунтов груза и зарабатывать на перепродаже. Я — капитан и владелец судна. Некоторые мои матросы имеют на этом больше зарплаты.

— Что ж, шестьдесят шиллингов — это достойная зарплата для моей дочери, — согласилась она. — Что будет входить в ее обязанности?

— Всё, — ответил я коротко и посмотрел ей в глаза, в которых расчет боролся с нравственностью.

— Всё-всё? — уточнила вдова.

— Да, — подтвердил я.

Нравственность пока побеждала.

— Тебе не кажется, что твое предложение оскорбительно? — поинтересовалась она.

— Серьезное деловое предложение не может быть оскорбительным, — ответил я. — Если ты считаешь его таковым — это твое право. Наверное, у тебя много других предложений. Только непонятно, почему дочь до сих пор не замужем?

В эту эпоху богатые женятся рано, а бедные поздно, когда заработают хоть немного денег.

— Ты бы мог найти женщину, которая этим зарабатывает на жизнь, — подсказала вдова."

"— Все женщины зарабатывают на жизнь этим, только некоторые — с одним мужчиной, а менее удачливым приходится со многими, — просветил я. — А я достаточно богат, чтобы содержать женщину постоянно.

Слово «богат» нанесло нравственности непоправимый ущерб.

— Шестьдесят шиллингов в месяц? — спросила миссис Грей.

— Да, — подтвердил я. — И на всем готовом, в том числе и гардероб пополнит.