Корректировщик

В истории Земли столько белых пятен, что нет смысла искать пришельцев там, где их нет. Природа более изобретательна, чем мы думаем. Во всяком случае, богу с ней не сравниться.

Алиссон с проснувшимся любопытством слушал летчика, вдруг открыв в нем качества, которых еще не знал: любознательность, начитанность и способность к философским обобщениям.

– Бога нет, – сказал он. – Вернее, я в него не верю.

– Я тоже. В мире столько безумия, что извинить бога может лишь то, что он не существует [6].

– Не помню, кто сказал, что безумие – избыток надежды.

– В таком случае я безумен сверх меры.

 – Кемпер налил в алюминиевые тарелки дымящийся суп. – Я настолько безумен, что надеюсь дожить до глубокой старости.

Алиссон покачал головой, но продолжать разговор не стал.

Мысли вернулись к находке, и его снова увлекла пропасть тайны, которая крылась в появлении на свет суперзавра с живыми зародышами. Поужинав, он поднялся на небольшую пирамидальную скалу и оглядел окрестности «посадочной площадки», где приземлился их «беременный ястреб», как назвал самолет палеонтолог, или «ишак» – по образному выражению Кемпера.

Серо-белую твердь каменной пустыни уже расчертили длинные черные тени от удивительных геологических структур – даек, напоминающих огромные, будто воздвигнутые человеческими руками коричневые стены, ориентированные, как спицы гигантского колеса. Это были остатки древних лавовых потоков, излившихся через трещины в эпоху вулканизма и горообразования. Конусовидные, зубовидные скалы-штоки застыли сторожами древних вулканов, конусы которых были разрушены эрозией. Сплюснутый багровый овал солнца падал за горизонт в пелену пыли. Белый шрам – след высотного самолета – делил чашу неба пополам и вонзался в солнце оперенной стрелой злого охотника-великана.

"

"Алиссон вдруг ощутил – не услышал, а именно ощутил – тишину пустыни: громадное пространство вздыбленного камня замерло в ожидании чего-то привычно ужасного, как укол для больного ребенка, но крылось в этом молчании еще и терпеливое спокойствие матери, и суровый укор отца…

– А вообще-то странно, – раздался над ухом голос Кемпера.

Алиссон вздрогнул, оглянулся.

– Ты о чем?

– Странно, что в таком хаосе отыскалась приличная ровная площадка, и как раз в самом интересном с точки зрения геологии месте.

– Насчет геологии не знаю, а с точки зрения палеонтологии – точно.

– Вот я и говорю. Пошли еще разок посмотрим издали на нашу золотую жилу и ляжем спать. Завтра утром я должен быть в воздухе, испытание ровно в двенадцать по местному, перенесли гады на сутки вперед. Побудешь один, а потом я за тобой прилечу.

– А тут оставаться не опасно? Если до эпицентра всего двадцать миль…

– Не дрейфь, взрыв подземный, тряхнет маленько, и все.