Кошка, живущая на крыше

В трубке наступила озадаченная тишина, словно Вадим не поверил собственным ушам, но переспросить побоялся.

- Отлично! - о, обрел голос опять, здорово. - Я скоро буду!

Я тепло попрощалсь, нажала отбой и подпрыгнула от громкого железного грюка за стеной.

А вот и наш потеряшка! Нашелся! Ненадолго же его хватило!

Я не стала комментировать явное подслушивание, просто занялась своими делами. Надо было накормить Бусю, сменить ей туалет, принять душ, прибрать волосы в привычные две небрежных гульки, собрать необходимые любой девушке вещи в сумку.

Во время моей явно слышимой возни, стена молчала настороженно.

Даже железом об пол не била."

"Я, нарочито фальшиво напевая, собиралась, топая , как слон, и ожидая... Ну, не знаю, чего конкретно, но явно чего-то...

И дождалась.

- На свидание собралась? - язвительно поинтересовалась стена, а я с упоением и готовностью огрызнулась:

- А тебе какое дело? Грюкаешь там своими железками, и грюкай дальше. Может ума накачаешь через бицепсы.

- Кать, - по смене тона голоса стало понятно, что он стоит совсем близко от стены, возможно, даже упирается в нее лбом, я замерла.

Как сидела, натягивая носок, так и застыла, ловя каждое слово, каждый вздох.

- Кать... Давай поговорим, а? Ну чего ты бегаешь все время? Ну я был неправ... Не надо было тебя... Силой... Но и ты меня пойми... Я же живой, не железный... Я к тебе...

Я напряженно слушала его бессвязную речь, сердце буквально заходилось бешеным жалобным стуком, словно упрашивало, подталкивало меня ближе к злополучной стене, разделяющей нас.

Слушая его прерывистый голос, я забыла обо всем, что ранее надумала, нарешала. Все сейчас казалось таким глупым, таким ненужным!

Важным в тот момент были только его слова, его практически мольба, и мое яркое представление, как он стоит, уперев лоб и сжатые до боли кулаки в стену, словно разрушить ее хочет, прорваться ко мне.

И я к нему хотела, безумно хотела!

Я уже практически встала, сделала шаг, открыла рот, чтоб сказать... Не знаю, что сказать, вот честно. Но , наверно, что-то такое, после чего мой наглый, отчаянный, невозможно притягательный и трогательно откровенный сейчас сосед пришел бы ко мне. И мы вместе доделали бы то, что начали совсем недавно в подъезде.

Но тут, разрывая эту натянутую струной магию его голоса, ворвался телефонный звонок.

Я машинально, все еще не в силах отойти от транса, взяла трубку:

- Да.

- Катюш, я подъехал, жду тебя.

- Да, выхожу.

Я положила трубку и молча пошла к двери. Последнее , что я услышала, прежде чем закрыть дверь, громкий грязный мат и удары кулаками по многострадальной стене.

На удивление Вадим был очень даже мил. Вел себя так, словно ничего между нами не случилось, плохого, я имею в виду, напряжного.